– Ладно. В отличие от тебя у меня выбора нет, – Герда угрюмо ссутулила плечи и отвернулась.
– Эй-эй, только не плачь, – Николас притянул её к себе. – Это ненадолго, обещаю. Я буду защищать тебя от Компании так же яростно, как от Лучезарных.
– Я не из-за этого. Просто вспомнила, что в Дюарле остались все мои друзья. Ждан, Дугава, Майли, Вожык, Эглаборг и Финист. Они тоже служат Компании. Как думаешь, не станут ли они презирать меня, когда узнают о моём родстве? Мой дед убил отца Финиста и свёл с ума отца Майли. А скольких ещё Сумеречников он обрёк на смерть!
– Финист знал о твоём даре с самого начала. Да и об остальном наверняка догадывался. А остальные… они запомнили тебя, как доброго, честного и самоотверженного человека. Какая им разница, что натворил твой дед? Если я что и понял за свою жизнь, так это то, что мы не обязаны расплачиваться за грехи наших предков.
Герда уткнулась носом в его грудь.
– Думаешь, мы когда-нибудь встретимся со старыми друзьями?
– Может, в следующей жизни, где не будет войны и разлуки.
Он принялся убаюкивать её, как ребёнка, пока слёзы горечи и страха не высохли с её глаз.
Они вернулись на рыночную площадь. Николас незаметно вынул из кошелька деревянную монету с вырезанной на ней паутиной. Перекатил её между пальцами и спрятал. Кто-то едва заметно коснулся его плеча. Николас ухватил Герду за запястье и потянул за собой.
Они долго петляли по кривым улицам и подворотням, пока не вышли к дальней от берега окраине. Там стоял сложенный из неприметного серого камня дом. На его крыше притаилась маленькая голубятня. Человек в ветхом плаще отпер дверь и пригласил их внутрь. Его лицо тоже скрывал платок, на виду оставались только горящие тёмно-карие глаза.
Гилли Ду предпочёл следить за улицей, а остальные вошли внутрь.
– Кто вы? – спросил незнакомец, прежде чем пропустить их в единственную комнату.
Постель от неё отделялась лишь тростниковой перегородкой.
– Мы тени без лиц и имён, – отозвался Николас секретной фразой.
– Зачем явились в мой дом?
– Нас ветер пригнал пошептаться о том, что знает берёза, осина и клён.
Смотритель достал из очага горшок с маисовой кашей и накрыл на стол.
– Приезжие?
– Только с корабля. Я офицер Компании, обучаю новобранца, – Николас кивком указал на Герду.
– Какая беда занесла вас на самый край света?
– Всё та же – от Лучезарных спасались. Не думали, что они добрались даже сюда.
– Ушлые ребята. Подмяли под себя уже всю торговлю. Теперь пиратами и контрабандистами занялись, – посетовал смотритель и усадил гостей на лавку рядом с собой.
– Печально. Что слышно из Дюарля? Давненько мы никого из своих не встречали, – осторожно интересовался Николас.
– После восстания на Авалоре Голубые Капюшоны зачистили север острова и даже до вольных городов Лапии добрались. В Норикию хлынули новые волны беженцев. Наших мало, куда больше неодарённых, которые отказываются принимать веру в Пресветлого.
– Можно отправить в письмо в штаб? – вспомнил о деле Николас
– Хорошо. Только пошлина у нас немаленькая. Голуби передают послания от корабля к кораблю. Это рискованно и накладно, но иного способа нет.
– Я думала, голуби летают только в знакомые места, – удивилась Герда.
Смотритель не ожидал, что учеником окажется девушка, но быстро нашёлся.
– Обычные – только домой. Но звероусты учат птиц отыскивать в море корабли и подлетать по сигналу.
Как только они доели, смотритель положил перед Николасом полоску бумаги и принёс чернила с пером. Он долго что-то выписывал, а потом свернул послание, положил в кожаный футляр и сургучом вывел три руны: Альгиз, Кеназ, Исаз.
– Странное имя, – хмыкнул смотритель.
– Тот, кому предназначено, узнает.