Крови много, от кровопотери он и умрёт, но не сейчас. Нехитрый трюк дал достаточно времени, чтобы всё исправить.
Сова стоял, затыкая ладонями рану на груди, и хлопал пушистыми ресницами с детским недоумением. Мол, как ты мог меня обидеть! Мы же братья!
– Я шёл сюда, чтобы умереть, – ответил Безликий и выставил вперёд ладонь, напрягая пальцы.
Он помнил, как отец очищал своих подданных от Мрака. Безликий делал это сам тайком, мечтая не о власти, а о доблестных подвигах. Знал, что у него всё получится даже на пороге смерти.
От визга заложило уши. Сквозь пальцы Совы потёк Мрак. Из ноздрей, ушей, рта и глаз. Чернота извергалась в бледное небо полугодового дня и падала на лёд маслянистым дождём. Лужи стекались вместе и превращались в прожорливую трясину. Как же много Мрака!
Из раны Безликого ручьём хлынула кровь. Перед глазами разрастались тёмные круги. Голова кружилась, стылый туман смерти проникал под кожу.
Ещё одно усилие, и поток Мрака иссяк. Сова осел на колени и распластался на льду.
– Значит, вот как… умирать, – прошептали бескровные губы.
Глаза остекленели. Тень души плавно отделялась от тела, чтобы проследовать Тэйкуоли, где Мельница черпала души из Сумеречной реки, чтобы возродить их в Дольном мире.
На это надеялся Сова? Ну, уж нет!
– Мы будем вместе, но по моим правилам. В смерти. Навсегда, – объявил Безликий.
В небе появилась пульсирующая лестница: ступень красная, за ней – зелёная, синяя. Червоточина распахивала для небесных мальчишек врата. Издалека доносился грохот уже выигранной войны, войны Богов и Мрака.
Глава 64. Зюдхейм
1573 г. от заселения Мунгарда, Таверна Морей, Гундигард
Герда проснулась, когда Николас уже собирал вещи, хотя за окном в треугольной стене было темно. Комнату освещала неяркая свеча. Герда мысленно отругала себя за то, что проспала, и бросилась одеваться.
– Не спеши. Успеем и позавтракать, и встретить Олафа, – успокаивал её Николас, но его голос звучал подозрительно хрипло.
Она выглянула из-за ширмы. Он выглядел измождённым и болезненно бледным. Под глазами залегли глубокие тени, а скулы заострились.
– Что-то случилось? Плохо спал? – встревожилась Герда и приложила ладонь к его лбу. Он оказался ледяным. – Болезнь возобновилась?
– Нет, – Николас поймал её ладонь и поцеловал каждый палец по отдельности. – Я не вру. Всё будет хорошо. Идём.
Они спустились и позавтракали вместе с хозяином маисовой кашей. На улице уже занимался рассвет. Нужно было спешить на встречу с Олафом. Вчера он был настроен очень решительно. Что с ним станет после ночёвки в логове Лучезарных?
Когда они пришли на рынок, Олафа там не оказалась. Герда нетерпеливо оглядывалась по сторонам.
Заспанные торговцы мыли прилавки и раскладывали товар в ожидании первых покупателей.
– Что, если его уже заразили осколком? Или он решил остаться с Лучезарными? А может, его убили как предателя?
– Нет! – оборвал её суматошную речь Николас. – Он придёт. Подождём ещё немного.
Герда переминалась с ноги на ногу и не переставала удивляться спокойствию Николаса. Когда она уже изнывала от тревоги, запыхавшийся и раскрасневшийся Олаф выбежал из-за поворота. Они подались к нему.
– Вы дождались! Я и не надеялся.
– Я тоже… – смущённо созналась Герда. – Не хотели отпускать?
Почему Олаф такой растрёпанный, осунувшийся и бледный? Будто на пару с Николасом в могилу собрался.
– Командор Айгу говорил со мной всю ночь и даже на рассвете не отпустил, – ответил Олаф. – А я так хотел увидеть вас напоследок!
– Напоследок? – переполошилась Герда. – Неужели ты поедешь в Зюдхейм?
– Я… не могу иначе. Простите.
– Почему?! Они использовали внушение?
– Нет. Я бы заметил, да и ты тоже. Мы просто говорили. Лучезарные отыскали моего брата. Он ждёт меня в Зюдхейме. Это большая удача.
– Они взяли его в заложники?
– Нет. Айгу заверил меня, что он стремился ко мне не меньше, чем я к нему.
– Ты в это веришь?
– Не знаю. Ещё Айгу сказал, что лорд Веломри хочет отойти от дел и передать управление орденом мне. На посту Архимагистра я многое изменю. Сделаю суды более справедливыми, заставлю Лучезарных мягче относиться к другим верованиям и уменьшу налоги. Мне даже предложили решить судьбу лорда Комри и авалорских бунтовщиков. Ты же его оправдывала. Если он хороший человек, то я помогу ему занять авалорский престол в обмен на мир на наших землях. Он тоже приехал в Зюдхейм, чтобы засвидетельствовать моё восхождение.