– Но я думала, Компания помогает одарённым, – смутилась она.
– Компания помогает себе, – поправил её Николас.
– М-м-м, оказывается, ты та ещё заноза, – хмыкнул Гвидион. – Вскоре вождь узнает, что Лесли назвал тебя преемником и умер.
– Лишь бы меня не обвиняли в убийстве. Впрочем, это опорочит честь Компании. Вряд ли Жерард позволит своему псу распускать дурные сплетни.
– Если Компания поможет вернуть власть на Авалоре законному наследнику, то так и быть, я уговорю бунтовщиков заключить союз с Норикией.
– Жерард не захочет, чтобы мы договаривались с Лучезарными и добивались мира на острове. Если бы вы согласились короновать Ноэля или присоединились к Компании в Дюарле, тогда он употребил бы всё своё влияние, чтобы вас защитить.
– Все, кто хотел, уже бежали в Норикию. Бунтовщики не уедут отсюда, как не уехал твой отец. Даже если ты прикажешь им отступить.
– Понимаю. Значит, будем справляться своими силами.
– Николас, – Герда, до этого потерянно молчавшая, взяла его за руки. – Может, не так уж Флавио неправ. Тебе нужна выгодная партия. С госпожой де Буи ты можешь получить поддержку короля Норикии, минуя вождя. Если ты захочешь, я останусь с тобой. Не женой, а фавориткой, или кем там ещё… Я всё понимаю, я…
Гилли Ду тревожно заскулил и завозился в ногах Охотника.
– С ума сошла?! Ты хоть представляешь, что за жизнь у королевской фаворитки? Сколько это интриг и зависти? Королевская супруга – это статус, который даст тебе защиту. Да я и сам не смогу жить с двумя женщинами, одна из которых каждое моё слово будет докладывать Жерарду.
– Прости, я не подумала, – Герда понурила голову. – Просто королева – это слишком. Даже представить страшно.
– Об этом будем думать потом. Сейчас самое главное – наша свадьба. Нужно торопиться, пока Жерард не сделал свой ход или что-нибудь другое не стало у нас на пути, – решил Николас.
– Условие Нимуэ ты уже выполнил? – Гвидион скорее утверждал, чем спрашивал.
Николас кивнул.
– Эстель заявила, что моя бывшая любовница родила от меня ребёнка, но это смеху подобно. Если бы в нём действительно текла кровь Комри, на него уже давно устроили бы охоту. Жерард, Белый Палач, орда обиженных демонов…
– Да. Вряд ли они стали бы молчать о твоём ребёнке так долго, – согласился Гвидион. – За пару дней мы успеем собраться и выдвинемся в Динас Эмрис. На церемонию возьмём только самых доверенных людей. Жаль, многие не до конца оправились от ран.
Герда наблюдала за ними ошалело. Кончено, после жизни в уединении интриги пугали. Николас хотел уберечь её, но вместо этого толкнул в змеиное гнездо.
– Я попрошу Мидрира и Гейрта приглядывать за Гердой, они самые надёжные. Будем надеяться, что церемония пройдёт гладко. Провидение на нашей стороне, – подбодрил их Гвидион.
На божественную помощь Николас не рассчитывал. Уповать можно только на свои силы.
Наставник вернулся в общий зал. Николас с Гердой остались одни. Он чувствовал, что у неё много чего накопилось на душе. Этот разговор обещал доставить куда больше неприятностей, чем признания в прошлых прегрешениях.
– Расстроена? – спросил Охотник, когда молчание затянулось до невозможного.
– Подавлена. Свадьба – самый важный день в жизни женщины. Так говорили у нас в Волынцах. Я мечтала… нет, не о богатстве, но об уютной церемонии, о вышитом собственными руками подвенечном платье, о букете из васильков и ромашек, о разбросанной по дороге чечевице, о том, как родители подведут меня к алтарю, о том, как друзья будут подбадривать меня улыбками и желать счастья. А теперь… в Урсалию мы уже не вернёмся. Я её полюбила, хоть и жила там недолго. И Финиста, Ноэля, Дугаву, Ждана, Майли с Вожыком и Эглаборга мы тоже вряд ли увидим. Ничего уже не будет, как прежде.
– Нам придётся перетерпеть только первое время, пока я не найду преемника. Мне тоже всё это не нравится.