– Вы чего-то опасаетесь?
– Конечно. Где много власти, много интриг. Не все довольны, что я забочусь о тебе. Надо убедить их, что ты одна из нас. Ты сама должна привыкнуть, иначе снова попадёшь в беду. Я не держу тебя в плену, а всего лишь хочу облегчить твоё вступление в наше общество.
Николас, видимо, тоже опасался, что Сумеречники её не примут, поэтому просил скрывать свой дар.
– И всё же ваша забота удивляет даже меня. Я всего-навсего дочка лесника. Мой дар пробудился нечаянно и, к тому же, не развился до конца.
– Какая разница, кто твои родители? Я сын фермеров, и посмотри, каких высот я достиг. Наш Архимагистр, кстати, тоже незнатного происхождения.
Так догадался Олаф об их родстве и или нет? Он не пустой, как Рэнделл, но хорошо себя контролирует и показывает только те эмоции, которые хочет использовать. Улыбается дружелюбно, взгляд тёплый, голос ласковый. Можно ли ему доверять? Можно ли доверять хоть кому-то, если даже собственный отец врал ей всю жизнь?
– Силу дара можно развить. Ты ещё так юна и не была с мужчиной, – продолжал Олаф. – Да ты и сама это знаешь. Кто тебя обучал?
Она потупилась.
– Что ж, давай так, я отвечу на любые твои вопросы, а потом ты ответишь на мои. Справедливо?
Герда пожевала губами и кивнула. Упираться смысла нет: он может её прочитать.
– Попробуй пирожные. Очень вкусные.
Олаф надкусил одно, слизывая с губ белый крем. Герда приняла приглашение. Пирожные оказались слишком сладкими, но горечь отвара перебила приторность.
– Любите сладкое? – она сдержанно улыбнулась.
– Должны же у меня быть слабости.
А вот Николас, наоборот, приправлял блюда чесноком и перцем так, что во рту случался пожар. Герда с тоской покосилась на обвязанное верёвкой запястье.
Олаф тронул её за руку:
– Не упусти шанс узнать у меня всё, что хочется. Больше такой возможности не представится.
– Что с Рэнделлом? Почему его лишили эмоций? – тут же опомнилась Герда.
– Он сам так захотел, – Олаф неуютно повёл плечами. – Мы казним колдунов за более серьёзные преступления. Рэнделл просто торговал эликсирами и снадобьями из-под полы. Один из покупателей его сдал. Чтобы смягчить приговор, Рэнделл согласился работать на нас. Через некоторое время он пожаловался, что ему тяжело управлять своим гневом и попросил отключить его эмоции. Мы помогли ему. Теперь он прекрасно выполняет свои обязанности и не доставляет хлопот.
– Вы никогда его не отпустите? – с тоской спросила Герда.
– От нас уходят только на Тихий берег.
– Значит, меня вы тоже не отпустите?
– Это было бы неразумно. Хотя восстание мы подавили, бунтовщики рыщут по острову. Если они тебя обнаружат, то их не будет интересовать, что ты нам не присягала. Ты же сама видела.
Герда посмотрела во внутренний двор. Там Лучезарные строились в шеренги. Между ними ходили командиры, что-то проверяя.
– Я видела демона с головой совы перед тем, как лишиться чувств. Это были вы?
Брови Олафа сошлись над переносицей.
– Это был страх того головореза. Ничего себе слабый дар! Ты перехватила моё внушение и усилила его. А я ещё удивился, что так легко поборол ветроплава. Расскажи!
Она с досадой поджала губы, но потом всё же описала демона Флавио в подробностях.
– Как вы преодолели защиту ветроплава? Я думала, это невозможно.
– Ничего невозможного нет. Когда ветроплав бьёт по прямой, то шансов победить его мало. Нити мыслечтения слишком тонкие и непрочные, чтобы выдержать такой удар. Они, как лопнувшие струны, выстреливают обратно в тебя, вызывая жуткие спазмы во всём теле. Но когда ветроплав сосредоточен на чём-то другом, на него можно воздействовать. Исподволь, предельно осторожно нужно всколыхнуть его страхи и проблемы.
Лучезарные наверняка знали много тайных техник. У них сохранились книги о даре. Из них столько можно было бы подчерпнуть, столькому научиться!
– Вы так легко делитесь своими хитростями с первой встречной? – хмыкнула Герда.
– А ты собираешься кому-то их передать? Кому, если не секрет?
– Нет. Я просто удивляюсь, что вы настолько доверчивы.
– А может, я тебя проверяю? Нет лучше способа поймать рыбку, чем забросить ей вкусную наживку, м?