Она легонько щекотнула его виски мысленитями. Олаф усмехнулся.
– Изуверский способ. Флавио тот ещё извращенец, но чтобы настолько себя не любить… Ладно, а что было дальше?
– Между нами завязались отношения. Флавио ухаживал совсем не так грубо и прямолинейно, как наши бюргеры. Галантный, из самого Золотого Дюарля, мне бесконечно льстило его внимание. Когда он сделал мне предложение, я не смогла отказать. Вы, наверное, осуждаете моё легкомыслие и удивляетесь, почему я не распознала обман. Как можно было поверить, что видный офицер Компании влюбился в сиротку из захолустья?
– Нет. Виноват не тот, кого обманули, а тот, кто не оправдал доверие, – Олаф ободряюще погладил её по щеке. – Только глупцы считают, что никогда не окажутся в такой ситуации. Полностью защититься от лжи не могут даже Лучезарные. А как вы оказались здесь?
– Флавио хотел сыграть традиционную свадьбу на Авалоре. Мы тайно приплыли на корабле в Леннокс и там повстречались с бунтовщиками. Они помогли нам добраться до Ловонида и устроить церемонию. Но в день свадьбы дух, который должен был нас благословить, открыл мне, что мой дар – дар Лучезарных, а Флавио использовал меня для интриг. Я разорвала нашу помолвку. Он пришёл в ярость и попытался меня убить. А дальше… появились вы.
– Странно. Зачем проводить традиционную церемонию с простолюдинкой, тем более у нас под носом? Не проще ли было справить свадьбу в Золотом Дюарле?
Герда пожала плечами.
– Быть может, он опасался, что там нам помешают. В Дюарле же куда больше Сумеречников, которые догадались бы, что он замышляет.
– Наверняка, – согласился Олаф. – Для каких интриг он хотел тебя использовать? Ты же дочка лесника.
– Похоже, ему приглянулся мой дар, – пожала плечами Герда
– Этого мы уже не узнаем. Послезавтра его казнят.
– А можно… можно мне посмотреть?
– Не думал, что тебе нравятся такие зрелища.
– Не нравятся. Но я должна это видеть, иначе не смогу спать спокойно, – ответила она отрешённо.
– Ответь ещё на несколько вопросов, – попросил он, боясь спугнуть её неожиданную искренность.
– Тогда вы меня выпустите? Задавайте любые! – решительно объявила она.
– Одно от другого не зависит. Мне просто любопытно. Флавио знакомил тебя с бунтовщиками?
– Нет. Для них я была просто его хвостиком, а он сам меня ни во что не посвящал. Может, считал глупой и не доверял, – Герда выглянула в окно, как делала всегда, когда уносилась в воспоминания.
Олафу непроизвольно хотелось тронуть её за руку и вернуть к себе, будто кто-то невидимый мог увести её навсегда, как Олафа увели от брата.
– Какая разница, что о тебе думал приговорённый к смерти колдун? Забудь о прошлом и думай о будущем, – его громкий голос заставил её повернуть голову. – Всё равно хоть что-то ты должна была слышать и видеть. Бунтовщики говорили о лорде Комри?
Она закусила нижнюю губу, в задумчивости разглядывая его. Краска схлынула с её лица, а глаза заблестели от сдерживаемых слёз.
– Герда! – Олаф хотел обнять её и успокоить, но она сама взяла себя в руки.
Во взгляде появилась холодная отчуждённость, а голос стал сухим и ломким:
– О нём говорили много. Надеялись, что если он станет королём, то добьётся перемирия и восстановит Сумеречников в правах.
– А его самого ты не видела?
– Флавио не горел желанием участвовать в бунте, и мы не были в гуще событий, – Герда снова напряжённо облизнула губы. – Вождь Компании, наоборот, не хочет прекращать войну.
– Наш Архимагистр тоже не хочет. Да и лорд Комри – последний, кого он согласился бы видеть на Авалорском престоле. Считает его подлецом и обманщиком, – задумчиво забарабанил пальцами по подбородку Олаф.
– А Сумеречники считают подлецом и предателем Архимагистра, – доверительно ответила Герда.
– Я представляю. Можно последний вопрос? Он будет самым трудным.
– С-спрашивайте, – её голос дрогнул.
– Ты любила Флавио?
Герда удивлённо распахнула рот, её губы дрожали, но с них не срывалось ни звука. Её взгляд сделался бездонным и печальным.