Гость растянул в улыбке тонкие губы. Он желал насладиться мгновениями моего жалкого сопротивления и своей властью.
Сейчас — его время. Кровавая жатва охоты лишившая меня сил, увеличила мощь пришельца.
Уверен, как огромный сытый вурдалак, который знает, что жертва обречена.
И нет рядом Эрега, чтобы заслонил, как тогда, в тот раз, спасая меня и Волдемара
Сейчас, всё было хуже. Намного.
Я пытаюсь удержать защиту. Яростно, без всякой надежды. Напрямую. Хотя для этого монстра она, как пушинки цыплёнка.
Я послала зов картам, духам земли... Они сместили реальность. И... ничего из этого не вышло.
Разумеется. Сильный маг и не заметил бы моих усилий.
Так и сейчас. Посудомоечная вылетела за границу реальности. Люди застыли в безвременье, а Чужак и не поморщился.
Лишь моё сознание соприкоснулось с иной гранью.
Две переплетенные в этой каморке реальности, ткань времени, прошлое и будущее проносятся мимо тебя. Как долго?
Годы или мгновения?
Сражаясь на границе миров иногда можно увидеть то, что ты не желал бы знать никогда.
Чужая сила, чуждые ветра иного, проникали в наш живой, родной и привычный мир.
И убивали. Пришлые называли это очищением.
Огонь вздымался к небесам и опадал вниз мертвым пеплом.
Тянулись руины городов. Люди с глазами безумных, жадных стариков и трупы... изуродованные, обезображенные.
Тысячи, нет, сотни тысяч костров с жертвами принесёнными в дар новому порядку, горящие леса и бессчетное число живых существ, погибающих, замученных, изувеченных...
Пустыри, гниющие свалки, отравленная земля, безжизненные воды и зарождающаяся в этой ядовитой пустыне новая жизнь.
Жизнь иного мира теперь роилась в мертвой пустоши, в огромных похожих на пчелиные соты городах, подобно отвратительным насекомым, которые так часто населяют жилища людей.
Безликая, равнодушная, жестокая.
А далеко за пределами двух миров уходило в бесконечность мироздание.
Но и там шла схватка.
Среди миллионов миров высочайшей гармонии, магии и совершенства, просачивались миры — паразиты, выискивающие очередную жертву.
Их сила и направленность воздействия, всё говорило о необратимости происходящего, как и то, что гибель нашего мира, их очередной жертвы — предопределена и неизбежна.
Мощь иномирца росла, а моя сила таяла как весенний снег.
Я уже испробовала на нем всё магическое оружие, которое только могла придумать в эти мгновения. Не зная даже будет ли толк, я мысленно "била уже чем попало" стараясь забыть о бесполезности усилий.
Колдовской кинжал растаял, не пролетев даже четверти пути.
Чужак, улыбаясь, приблизился почти вплотную.
Я медленно отступала почти впечатавшись спиной в полки с кухонной утварью, не отводя взгляд и пытаясь удержать свой хлипкий барьер между нами.
Но я была слабее. Намного слабее его.
— О, интересная штучка. — "Гость" быстро протянул свою цепкую руку к вороту моей рубахи где висел подаренный Эрегом амулет защиты, похожий на каплю цвета морской волны. Несчастная, беспомощная игрушка. Эльфийская магия. Лакомый кусочек для нечисти.
Инстинктивно я заслонила этот злополучный "маячок волшебства" рукой, резко оттолкнув пятерню гостя.
Еще миг и забыв об осторожности, я пустила бы в ход уже не призрачный, а реальный нож. Рука скользнула к потайному карману.
И тут сработал "позабытый" древний артефакт.
Огниво.
Не так, как у солдата. Возможно потому что волна огня в тесной комнате спалила бы владелицу ко всем чертям. А может быть, он, не признав во мне хозяйку, защищал лишь эльфийский амулет Эрега, хранящий частичку магии истинного владельца?
Так или иначе, но артефакт "проснулся".
Впервые.
Невидимый щит дарованный преисподней мгновенно испепелил всю мощь гостя.
"Пасти" плевать на субординацию и различные миры.
Смерть уравнивает всех.
И гость из чужого мира ощутил эту простую мудрость на собственной шкуре.
Мощный поток силы Чужака направленный на меня, мгновенно отразился от незримого щита артефакта.
И тут же, мысленно соорудив новый призрачный клинок, я нанесла удар со всей силой своей ненависти. Гостя не оттолкнуло, а буквально "унесло" к дверям. Успел ли он вскрикнуть?
Не знаю. Кажется...
Упав, он уже не подавал признаков жизни.
И сразу время вернуло свой обычный ход, а реальность нашего мира вступила в свои права.