В этот раз, когда тишина окутала комнату, Ари абсолютно точно знала, что все слышали сердце, стучащее у неё в груди. Оно понеслось ещё сильнее от ощущения сердца Чарли, стучащего рядом с её спиной. Он был, очевидно, запутан, но ощущал дух ожидания, треск легенды, искрящейся в воздухе.
Ари сделала глубокий вздох, истерический смешок отчаянно вырывался из неё. Она взяла себя в руки и встретилась взглядом с Красным Королём.
— Вы говорите мне… вы говорите мне, что я Печать Соломона?
17
Моё имя мне не принадлежит, но я бы хотела, чтобы оно было твоим
Ничто не могло подготовить человека к открытию того, что он пешка в войне мифических существ.
Если только вы… не Фродо. Но Ари не была Фродо. Она была просто Ари.
«Я просто Ари!»
— Подождите… что? — спросил Чарли, его рука скользнула по её плечу, когда он обошёл её вокруг, его тёмные глаза смотрели с беспокойством и замешательством. Даже его тёплое привычное лицо не было привлекательным сейчас.
Ари застыла от страха, когда её ударила вся реальность того, что Красный Король и Джей говорили. В тот момент, когда это стало очевидным, она не смогла сказать ни слова, Ари услышала, как Джей нетерпеливо вздохнул.
— Слушай, я дам тебе книгу, которую дал Ари, чтобы ускорить понимание, но прямо сейчас…
— Хотя бы скажи мне, что это значит, и почему Ари выглядит так, словно увидела ожившего демона.
Схватив бицепс Чарли, Ари крепко его сжала, ногти впились в его кожу.
— Не смешно, — прошептала она, отходя от скованности, у неё началась паническая атака. Она глотала воздух, её лёгкие отказывали, сознание было размытым, мир катился в ад. Сражаться с тошнотой было сложно, когда ты немного занят, стараясь сохранить равновесие, чтобы не упасть на своего отца, который, так уж случилось, оказался в коме. Она покачнулась, усиливая хватку на Чарли, который выругался.
«Я умираю. Боже я умираю. Воздух. Воздух».
— У неё паническая атака, — теперь выругался Джей, а в следующую секунду она уже сидела в кресле, дыша в коричневый пакет. — Медленней, Ари, медленней, — она слышала, как Джей указывал ей. Через несколько минут, достаточно уверенная, она дышала, напряжение в мышцах ослабло.
— Возможно, дать ей книгу было плохой идеей, — рассуждал Красный Король с толикой злости в голосе. — Если бы она не знала о Печати, возможно, она бы не восприняла новости так плохо.
— Да, потому что она бы не поняла, что это, черт возьми, значит… Ваше Величество. Её реакция? Довольно понятна, учитывая обстоятельства, если вы спросите меня.
Пока она сидела, стараясь ухватиться за правду, действительность и настоящее понимание того, что это значит для неё и людей, о которых она беспокоится, дошло до Ари, и как рисковал Джей, выступая вот так против Короля Джинов.
Её влажные глаза поднялись от пола и встретились со смертоносным взглядом Красного Короля, которым тот смотрел на её стражника. Ага, определённо рисковал своей жизнью.
— Эй, мне уже не нравится участвовать в этой путанице, — сказал Чарли со своего места на подлокотнике кресла. — Но что это значит?
— Ари, — Красный Король обошёл вокруг постели её отца, словно он плыл по туманному облачному берегу горы Каф. — Как думаешь, что это значит?
Её челюсть снова сжалась, но Ари сконцентрировалась на Чарли, потянувшись к его руке и крепко сжав. Ей нужно было почувствовать себя комфортно в его присутствии, пока она все ещё мёрзла.
— Это значит… — она посмотрела на своего лучшего друга, на парня, которого любила, на человека, который, несмотря на попытки разочаровать её, все ещё был единственным якорем для неё долгое время. — Печать Соломона — единственная существующая вещь, которая может приказать джинну сделать что угодно. Любому джинну, в любое время, что угодно, несмотря на его силу. Мой настоящий отец, Белый Король, использовал магию, чтобы разрушить свойства Печати и вложить их в мою ДНК. Что значит… — она посмотрела на Джея и дядю. — Значит, если я решу использовать мои способности джинна, то, наиболее вероятно, я также смогу командовать джиннами. Всеми джиннами. И Белый Король хочет использовать меня, чтобы свергнуть Султана джиннов Азазила. И он… — её голос оборвался, когда глаза заблестели. Дерек пусто лежал на кровати. — Он собирается навредить людям, которых я люблю, чтобы удостовериться, что сделаю, что он захочет, пока он не найдёт другой способ заставить меня.