Слушая, как за спиной постепенно затихают шепот и стоны, Кит вжав в плечи голову, словно так она будет меньше заметна, спешила уйти. За спиной так же бесшумной тенью уходил Соул и становилось непонятно — от чего действительно больше убегает Кит, от Хортоса или от него…
Когда спустились на первый, в полной темноте, она почувствовав его горячие пальцы на запястье порывисто дернулась вперед. Черт с ним, если шуму наделает, наткнувшись на что-нибудь, — с досадой кусая губы, Кит спешила на выход и как только вышла в ночную прохладу, облегченно выдохнула.
— Кит…
Не ответила, пошла на тротуар, под свет фонаря, оглянулась и заметив неподалеку, через пару зданий, их экипаж, устремилась к нему.
— Я не знал как предупредить вас. Вот что ему могло понадобится среди ночи?! — взволнованный Тео, шагнул навстречу им. Кит пролетела мимо.
— Все в порядке.
От звуков его голоса за спиной, к горлу опять устремились гулкие удары сердца, заставляя от слабости и дрожи подгибаться ноги. О, боги! Нужно собраться и успокоиться, ну что она действительно так реагирует. Ей просто все показалось, ничего нет!
— Ушли? — шмыгнул носом Тео.
— Как видишь.
Кит открыла дверь экипажа и, наконец, осмелилась повернуться к ним. Наткнувшись на его пристальный взгляд, торопливо отвернулась.
— Поехали, Тео.
— Да, хозяин.
Как только двинулись в путь, отвернувшись к окну Кит лихорадочно перебирала в мыслях все что произошло. Хортос и Лерея любовники! Ну кто бы мог подумать — холодный, с вечно застывшим в недовольстве и высокомерии лицом Хортос и улыбчивая кокетка Лерея. Как много нового она узнала, а вот в своем расследовании и не продвинулась почти. Единственное, что можно сказать весьма уверенно, нож во время убийства держала женщина, металл помнил женские руки, тонкие, изящные пальцы…И то странное, необъяснимое ощущение взрыва, чего-то резкого, кроваво-красного и несущего сложную темную энергетику.
— Что ты делала там с ножом?
Мягкий, бархатный, но со стальной настойчивостью голос вытащил ее из раздумий под цокот копыт и ритмичную тряску повозки. Она слегка повернулась, но смотреть на него не стала.
— Я пыталась узнать о его прошлом.
— И как? Бурное прошлое?
— С твоим не сравнить.
— Откуда тебе знать, меня ты не замораживала?
Кит все-таки посмотрела на него, не удержалась и открыла рот, чтобы послать его куда подальше. Туда, куда обычно слали всех измученные страданием раненные, во время болезненной перевязки и их, терпеливых сиделок, попыток облегчить состояние солдат.
— Ты знаешь кто убийца, ты это увидела? — прищурив глаза Соул даже поддался к ней, пытливо заглядывая в ее удивленное лицо.
Ну, ее способности не настолько великолепны, чтобы такое сделать.
— Нет. Так я не умею. — В янтарных, искрящихся глазах мелькнуло разочарование, еще один гвоздь в гроб ее теории, что Соул убийца. Если, конечно он не сумасшедший, мечтающий быть обнаруженным.
— И?
— Его держала в руках женщина. Вокруг кровь, какое-то резкое движение, много красного, там что-то еще было, не могу описать. Это определенно во время убийства, Соул. У меня нет сомнений, что убийца женщина! Хотя…
Соул молчал. Непостижимый взгляд двигался по ее лицу, будто проверял, ощупывал на предмет лжи или заблуждений. А может он, как и Кит, подозревал ее! И сейчас сморит вот так настороженно, гадая, не морочит ли Кит ему голову?!
— В общем ничего определенного, наверное, мы зря так рисковали.
— Да, брось! Мне понравилось, — чувственные губы искривились в усмешке, — да и какой тут риск. Я же сказал, что мы уйдем, как только он войдет внутрь…
Кит бросило в жар. Совсем она запуталась, это он так делает или она больна? Фраза о Хортосе прозвучала двусмысленно — как только он войдет внутрь…куда? Сразу всплыла картина у кабинета, они глядя друг на друга, слушали звуки пылких любовников и ждали, когда Хортос «войдет внутрь». Взгляд Соула опустился к ее губам, точно как тогда в столовой и Кит уже знала, только не облизывать — он реагирует на это, а может…Внутри грызла и упорно подначивала вредная противоречивость и Кит, не смогла ей противостоять. Стараясь не отрывать взгляда от его глаз, чтобы не пропустить ту жгучую, острую вспышку, она слегка прикусила нижнюю губу, отпустила и чуть облизала верхнюю…
Сработало. В глубине темного янтаря полыхнуло оранжевым сполохом и черты лица застыли, окаменев и даже пугая. Он отвернулся, предоставляя ей возможность рассмотреть в тусклой подсветке экипажа его напряженный профиль и сжатые губы. Внутри экипажа заметно похолодало, словно выключили источник тепла.