— Даже так! Хорошо, Гэнс, как только я улажу свои дела в Сайконге, мы займемся нашими отношениями.
Кит взяв его под руку повлекла к берегу ручья, где фырча и жмурясь от яркого солнца, отдыхали их бруханы.
— Насколько…ммм…плотно?
Засмеявшись, она шутливо его оттолкнула.
— Развратник!
— Надолго в Сайконг?
— Два-три дня, не больше, Гэнс, — замерев перед открывающимся видом с холма на Саддарвил, Кит склонила голову на его плечо.
— Хорошо. Я скажу отцу, что придешь в конце недели. Не загуляй там, императорский дворец полон искушений, — со смешком закончил Гэнс, но она уловила почти неуловимое волнение в его голосе. Ах, если бы он знал, какое искушение бродит вальяжной самоуверенной походкой по коридорам поместья Саддаров…
Сегодня Соул усмешкой наблюдая, как она собирается на прогулку с молодым Хоуортом, вгонял ее в жутчайшее смятение. Янтарный взгляд, красноречиво задержавшись на ее тщательно уложенных волосах, плотоядно скользнул по лицу, опалил губы и завис окончательно на гладкой, фарфоровой коже груди. Как только Кит, заметив тщательный осмотр и отчаянно краснея, резко запахнула полы пальто, прикрыв так заинтересовавшее его декольте блузки, мерзавец тихо засмеялся, разгоняя волну мурашек по ее спине.
— Куда направилась?
— Не твое дело!
— Я предполагаю свидание. С Гэнсом?
— А с кем еще?
— Ну мало ли, — пробормотал Соул, блеснув нехорошими искрами в злых глазах, — может ты решила разнообразить свое скудное меню.
Когда у него вот так сужался зрачок, глаза совсем становились по хищному желтыми, опасными.
— Какая странная ассоциация с едой, Соул. Ты на голодном пайке?
Резкие черты лица застыли, а над стаканом с алкоголем, звериной, ненасытной угрозой сверкнули глаза, высокая фигура напряглась, как перед прыжком…Он даже чуть поддался вперед, но словно на пару мгновений поддался раздумьям — сделать ли то, что ему вот сейчас, пришло в голову? Кит не стала провоцировать и стрелой подскочив к двери, с силой захлопнула за ее за спиной, оставив явно агрессивного сегодня «опекуна» в холле. Ну, его, связываться…
Кит повернулась к Гэнсу и, сжав его ладонь, с улыбкой заверила.
— Даже не беспокойся. Не думаю, что у меня будет время на это.
— Я буду ждать тебя. Займусь пока делами отца, ведь обещал ему взяться за ум. Как и матери.
— Тогда нужно сдержать слово, Гэнс.
Синие глаза уставились на пламенеющий горизонт. Ему все еще плохо, хотя старался не показать виду.
— Матушка, тогда на том вечере пригрозила мне, что если я упущу самую лучшую девушку Саддарвила, она не будет со мной разговаривать.
Кит пустила взгляд под ноги, представляя весь ужас доны Хоуорт после.
— Гэнс…
— И хотя у нас были и другие девушки на выданье, ей не верилось, что ты не вернешься, Кит.
Кит решилась сменить тему.
— Жанет. Помнишь ее? Она была жутко влюблена в Хортоса.
Гэнс сморщил нос, вспоминая белокурую девушку, упорно добивавшуюся внимания генерала Хортоса. Их всегда удивляло, что она нашла в нем.
— А ее мать ненавидела твою мачеху.
— Почему? — Кит не знала тонкостей переживаний Жанет и того, что происходило потом, после того как ее отправили в место служения богам.
— Та не оставила надежд ее дочери. — Гэнс усмехнулся, — но у Жанет все сложилось прекрасно. Ей сделал предложение какой-то важный чиновник из Сайконга. Так что зря ее мамаша пыхтела от злости на встрече лета тогда.
— Я не помню ее, — нахмурилась Кит, перебирая в памяти гостей того вечера, — их дом на шестой восточной улице?
— Да. Хочешь нанести визит доне Морис?
— Почему бы нет? — Кит посмотрела в прекрасные голубые глаза Гэнса, в которых отражался пламенеющий закат, — ведь мы были с ней по одну сторону баррикад.
Вечером, собрав вещи для отъезда, Кит провела инструктаж для новой служанки. Дори одной тяжело справляться теперь, когда вернулась госпожа, а Милия на время оставила службу. Светловолосая, крепкая девица оказалась вполне понятливой и Кит, удовлетворенная ее внешним видом и рекомендациями, со спокойным сердцем могла покинуть родной дом. В конце концов, это максимум три дня. За главного оставался Тео и она, с беспокойством поглядывая на старинные часы гостиной, раздраженно закончила.
— Все, можешь идти.
— Да, госпожа, не волнуйтесь. Все будет в порядке. А за новенькой я присмотрю и все покажу.
Девять часов! Весь день Соул отсутствовал, не было его и на ужине и теперь она волновалась, не передумал ли он на счет их поездки. После ее очередного взгляда на циферблат, дворецкий покачал головой.