— Прости меня, матушка, — выпалила Селена, вскакивая и направляясь к двери.
— Перегрина, подожди!
Но ее уже и след простыл.
Толпы людей наводнили широкие улицы Александрии — одни из них просто прогуливались, другие торопились в один из многочисленных театров, третьи вышли посидеть к одном из парков, чтобы насладиться теплым вечером. Мало кто обращал внимание на молодую женщину в белых одеждах, которая торопливо шла по улицам, склонив голову, как это обычно делали сестры.
Школа медицины находилась на Прибрежной улице и выходила окнами на мощную каменную дамбу, связавшую город с островом Фараон и известным маяком, славившимся как одно из семи чудес света. Это было грандиозно задуманное здание из белого мрамора и алебастра с внутренними дворами и колоннадами, ярко освещенное факелами.
Селена бегом пересекла широкий газон, пронеслась мимо группы студентов медицины в белых туниках и тогах вверх по лестнице, которая, казалось, никогда не кончится. Перед роскошной двустворчатой дверью, охраняемой статуями богов целительского искусства, Селена остановилась, чтобы перевести дыхание.
Через мгновение, когда она переступила порог ротонды, у нее появилось ощущение, что она вошла в святыню. В некотором роде это действительно было так, потому что здесь собрались боги: Эскулап, греческий бог целительства, его дочери Панацея и Гигиена. Тот, древнегреческий бог науки, сам Гиппократ стоял в нише, в ногах у него горела вечная лампа.
Увидев слугу, который подметал пол, Селена спросила, где найти одного из гостей, который ненадолго остановился в школе, и он рассказал ей, как идти в жилые комнаты на другой стороне двора.
Она снова помчалась. Не думаю, что он все еще там, сказала матушка Мерсия. Он вроде бы собирался отплыть к берегам Британии.
Сердце Селены готово было выскочить из груди. Он должен быть здесь, думала она. Пожалуйста, будь здесь, думала она.
Комендантом здания был дружелюбный старый грек, которого, казалось, позабавило появление запыхавшейся Селены.
— Ах да, Андреас, — сказал он, подмигивая в ответ на ее вопрос, — он в доме для гостей. Он твой друг?
— Отведи меня, пожалуйста, к нему.
Он провел ее через сад по извилистой тропинке и, наконец, вверх по лестнице. Он трещал не переставая, но Селена не слушала его. Она смотрела прямо перед собой, широко раскрыв глаза, прижав обе руки к колотящемуся сердцу.
Наконец они вошли в коридор. За закрытыми дверями Селена слышала приглушенные голоса, музыку.
— Вот, — сказал болтливый грек, — здесь живут наши гости. В прошлом году у нас останавливалась даже жена губернатора, она набиралась сил после операции…
— В какой комнате живет Андреас? — перебила его Селена. Ее голос дрожал, она едва могла дышать.
— Вот здесь, — ответил комендант, остановился у закрытой двери и постучал.
Из комнаты не доносилось ни звука.
Он постучал еще раз.
Внутри было все так же тихо.
— Может быть, он спит? — предположила Селена.
Грек бросил на нее удивленный взгляд, потом открыл дверь. Комната была пуста.
— Он уехал, — констатировал комендант.
Селена вошла в комнату, отодвинув его. Она увидела кровать, сундук, стол и стул. Все голо и пусто.
— Вы ищете Андреаса?
Селена резко обернулась. Опираясь о косяк, у двери стоял мужчина.
— Ты знаешь, где он? — спросила она.
— Он уехал несколько часов назад. Он сказал, что ему нужно на корабль.
— На какой корабль? Ты знаешь?
Он оглядел ее сверху донизу и обменялся многозначительными взглядами с комендантом.
— Он только сказал, что собирается в Британию, а на каком корабле — этого я не могу тебе сказать.
Они оба смотрели ей вслед, пока она мчалась по коридору. Один из них, видимого, пустил какую-то шутку, они захохотали, и этот хохот разнесся гулким эхом в жаркой ночи.
В последний раз Селена видела порт, когда они с Ульрикой, обвешанные узлами, ступили на землю. Тогда он совершенно ошеломил ее. Такое же впечатление он производил и сейчас. Но теперь она не позволяла толпе, матросам и портовым рабочим, кричавшим ей что-то вслед, испугать себя.
Она бежала от одного пирса к другому, расспрашивая о каждом корабле, разговаривала с владельцем каждого судна, который не понимал по-гречески, наводила справки у каждого ворчливого капитана, пыталась разговаривать с агентами, у которых не было для нее времени. Матросы что-то чинили на мачтах. Корабли загружались и разгружались. Гигантские паруса были расправлены для штопки, напуганные животные метались в клетках, рассерженные пассажиры спорили с кассиром корабля. Селена останавливала каждого, кто попадался ей на пути, и расспрашивала о корабле, отправлявшемся в Британию. Один сказал ей, что это тот, в самом конце, он вот-вот отправится, другой утверждал, что на корабль она уже опоздала. В ближайшее время ни одно судно не выйдет в море. Она не получила ничего, кроме неверных указаний, которые только сбивали ее с пути.