У Селены был план.
Два дня назад пришли жрицы, чтобы проводить ее в свадебные покои, которые находились глубоко под храмом Аллат. Там должен был свершиться ритуал соития и затем — смерти. Небольшая комната, построенная сотни лет назад, уже долго не использовалась по назначению, теперь же ее вымыли и освятили и поставили здесь священную кровать. На глаза Селене наложили повязку, прежде чем провести ее из комнаты по всему дворцу, потом вывели на улицу и опять по затхлым сырым коридорам, вниз по лестнице в священную камеру, где ее поджидал Казлах, чтобы дать последние наставления.
— Ты стоишь здесь, Фортуна. — Он показал ей точное место. — Когда приведут супруга, ты очистишь его знаком богини. Потом царица будет танцевать для него, потом ты поможешь ей взойти на ложе и подготовиться. Когда она даст тебе знак, что акт совершен, ты убьешь ритуального царя этим кинжалом.
Он дал ей длинный золотой нож, который теперь лежал у нее в ящике, орудие смерти среди других орудий, служивших жизни. Когда ее, опять с завязанными глазами, привели обратно, у нее появилась идея. Она знала, что ее умышленно вели в обход, чтобы она не узнала дорогу. Она подозревала, что ее несколько раз провели одними и теми же коридорами, вверх и вниз, прежде чем подвести наконец к двери, ведущей наружу, предположительно переходу от дворца к храму. Раньше, когда она принимала участие в различных празднествах, она видела много дверей, которые скорее всего вели в бесконечные лабиринты коридоров. Она знала, открой она не ту дверь, и попадет в лабиринт под храмом, заблудится там и, вероятно, целыми днями будет бродить в темноте и, может быть, никогда оттуда не выйдет. Но если как-нибудь отметить нужную дверь…
На этот раз побег должен состояться. Селена не могла забыть мертвого Дария, который все время стоял у нее перед глазами, не могла забыть и следующего утра, когда узнала, что Самия повесилась на одном из деревьев сада гарема.
В дверь постучали. За ней пришли жрицы в белых одеждах, благоухающие священными маслами. Селене снова завязали глаза. Дорогу через дворец она уже знала, но это знание было для нее бесполезным, потому что она не собиралась возвращаться в свою комнату. Только выйдя на улицу, Селена собрала все свои силы и сосредоточилась. Ей показалось, будто она чувствует дыхание ветра с реки, когда она про себя считала шаги: ровно сто шагов, прежде чем ее ввели в следующую дверь.
Когда дверь за ней захлопнулась, Селена споткнулась и уронила ящик с лекарствами. Раздался грохот от удара о каменный пол, и крышка открылась. Бутылочки, коробочки, бинты — все раскатилось в разные стороны. Жрицы вскрикнули от ужаса — это мог быть только дурной знак, но прежде чем они успели что-то решить, Селена уже ползала на коленях, пытаясь быстро все собрать. Жрицы бросились помогать ей, но получилось только хуже, потому что Селена как будто совсем потеряла голову и вместо того, чтобы поскорее собрать все в ящик, все растеряла. Бутылочки ускользали от нее, цепочка порвалась, и жемчужины раскатились в разные стороны. Селена возбужденно кричала, что, дескать, нужно все собрать до последней капли, перепуганные жрицы не знали уже, что и делать, — воспользовавшись всеобщей суматохой, Селена быстро отвернулась от своих проводниц и вытащила из-за пояса то, что долго там прятала. Жрицы обыскали все вокруг, собирая растерянные предметы, и теперь, переругиваясь, пытались быстро уложить их в ящик, а Селена в это время натирала камень куском серы, она терла до тех пор, пока не появились искры. Как только ей это удалось, она вскочила и дала знак своим спутницам, что можно идти дальше. И вновь ведомая жрицами, Селена заспешила прочь от куска серы. Она не ведала, что именно в этот момент исполнилось предсказание прорицательницы из храма Исиды в Антиохии.
Древняя каменная камера олицетворяла собою одновременно чрево и подземный мир, напоминая о двух ипостасях богини — властительницы жизни и смерти. Богиня Лаша уже ждала здесь, закутанная в семь покрывал, символизировавших семь ворот подземного царства и семь сфер небес. Покрывала так искусно задрапировали ее тело, что видны были только глаза.
Селену ввели в комнату и сняли повязку с глаз. Она вглядывалась в темноту, пытаясь что-нибудь рассмотреть сквозь дым от факелов и курений. Сначала ей показалось, что на троне сидит статуя. Потом она узнала в ней Лашу, дочь богини.