Скорее всего предо мной сидел маг крови.
— Должно быть, ты хочешь пить? — он опустил руки и через мгновение протягивал мне мой же бутыль с водой. — Нужна помощь?
Жажда во рту и горле ощущалась множеством крохотных и острых лезвий, но я не спешила брать воду. И вдруг поймала себя на мысли, что человек меня не пугал, скорее просто настораживал.
— Кто ты? — хрипло спросила я.
Человек заметно поник, рука с водой опустилась. Но он снова улыбнулся, на этот раз с грустью.
— Выходит, ты меня не знаешь. Что ж... Я тоже себя не знаю.
Я нахмурилась и попыталась сесть, на что человек дёрнулся в мою сторону, словно хотел помочь. Я остановила его взглядом и, с трудом, но села сама. Пришлось переждать приступ головокружения, а затем я взяла воду и, осторожно утолив жажду, спросила:
— Что ты имеешь в виду?
Что-то во мне поменялось: я знала, что должна бояться людей и уж тем более мага крови, если это и правда он, но никак не могла нащупать в себе страх. Может, это из-за того, как он себя вёл? Всё же странно видеть добродушно улыбающегося мага крови, желающего помочь.
Я присмотрелась к нему пристальнее: человек выглядел немногим старше меня, на краю сознания ярко мигала совершенно неподходящая мысль, что никого красивее него я прежде не встречала, и я никак не могла взять в толк почему на нём вместо одежды венок из веток и листьев.
Тем временем, он опустил голову и пожал плечами:
— Только то, что не помню ничего, кроме последних двух дней. Даже своего имени.
Маг крови, потерявший память? Но как?
Человек снова посмотрел на меня и, словно увидев в моём взгляде вопрос, кивнул:
— Предполагаю, что на меня кто-то напал, потому что помню хороший удар по голове, да и в остальном я выгляжу именно так. Ни одежды, ни других вещей мне не оставили. Я очнулся у изножья горы в нескольких островках отсюда, всё тело болело, а вокруг никого. Ни людей, ни животных. Я не знал, куда мне идти, и как ни старался, не мог ничего вспомнить. Где я? Откуда? Как меня зовут? Несколько часов я просто не мог сдвинуться с места. А вскоре услышал крики. Далёкие, но означающие жизнь. Твои крики. Тебя, словно пытали. Может, так оно и было. Я отправился на них, думал успею помочь... Но в какой-то момент ты перестала кричать. Я испугался, что опоздал, начал думать, что вообще не смогу отыскать тебя или тех, кто возможно, поиздевался над нами обоими. Но тебя я всё же нашёл. Ты лежала на камнях, на виске и других колотых ранах по телу запеклась кровь. Ты едва-едва, но дышала. Я не знал, выживешь ли ты, но не мог оставить тебя на палящем солнце, поэтому осторожно перенёс в тень леса на другом острове. — Он снова грустно улыбнулся. — Я надеялся, что мы можем знать друг друга. Но... — Он посмотрел мне в глаза, в его собственных блуждало беспокойство, что меня смутило: — Что же за чудовище сотворило с тобой такое?
Маг крови, умеющий сочувствовать? Верилось с трудом. Но если на него и правда напали, и из-за удара по голове он забыл всё то, чему его учили в монастыре... Или не из-за удара? Что, если это были эльфы? Они умеют лишать памяти заклинанием. Но зачем? Почему нельзя было просто его убить? А может, человек прямо сейчас притворялся? Но с какой целью? С меня нечего взять, и я не представляю никакой ценности.
Меня тревожила необходимость разбираться в вопросе этого человека тогда, когда я сама по какой-то причине выжила, после встречи с двумя драконами. Хотелось понять, как я смогла. И может...
— А ты... не видел драконов, пока меня искал?
— Нет, — чуть нахмурился человек. — Но слышал: пролетали над нами. Хочешь сказать...
— Да, на меня напали драконы.
— Выходит, колотые раны...
— Удар шипованного хвоста, — кивнула я, мои левая рука и бок, словно в подтверждение слов, начали ныть чуть острее, чем прежде. Наверное, мне нужно осмотреть раны, нанести на них лечебный порошок... А дальше?
Что мне делать дальше? Снова искать дракона, чтобы на этот раз точно погибнуть?
А с человеком как быть?
Я закрыла глаза, ощущая себя до невозможно беспомощной, хотелось оплакать несбывшиеся надежды, неудачу, боль и собственное ничтожество. Никогда прежде я не чувствовала себя настолько потерянной и жалкой. Никогда прежде не осознавала так ясно свою бесполезность.
У меня ничего не вышло. Нет никакой связи. Я не способна помочь ни эльфам, ни самой себе.