— Я ждала этого вопроса и всё думала — когда? Знаю, тебе здесь нелегко приходится… Тебя сильно ранили, Летавия, тебе нужна была помощь, и я могла её оказать только здесь.
— Ну а потом? Когда я поправилась? Почему меня не отдали в семью других полукровок, как остальных детей из моей деревни? Это… Из-за шрама? Никто не захотел забирать к себе изуродованного ребёнка?
— Нет, милая, твой шрам здесь ни при чём.
— Тогда почему бесполезную полукровку оставили здесь, среди могущественных чистокровных эльфов?
Витания поднялась из-за стола, убрала куль с травами в вещевой мешок, лежавший на кровати, и развернулась ко мне:
— Ты немаловажная часть нашего народа, Летавия. Прошу тебя, не нужно думать иначе. Каждый, в ком течёт эльфийская кровь, ценен сам по себе. И мы совершенно точно оставили тебя здесь не для того, чтобы ты чувствовала наше превосходство в силе, чтобы страдала от этого. Нет, милая. Ты хорошая девочка, многие здесь по-настоящему тебя любят. Полюби себя и ты.
За что? За человеческую слабость?
— Во мне течёт людская кровь, — обречённо ответила я.
Витания, кивнув, вновь ласково улыбнулась:
— Как и в нашей принцессе.
Да, в той самой, которую никто в глаза не видел, и о существовании которой говорит лишь Витания. Разумеется, ей можно верить — дар предвиденья редкий, но точный. Но почему тогда ни её, ни загадочной королевы, покинувшей Ущелье и свой народ много лет назад, сейчас нет среди нас? Почему они скрываются, вместо того, чтобы помогать нам? Неужели скитаться по опасным землям лучше, чем жить среди своих? Управлять нами, вдохновлять на подвиги, вести за собой, чтобы наконец закончить войну?
И последнее, как вышло так, что королева эльфов родила ребёнка от человека? От своего прямого врага?..
— У каждого из нас своя роль, Летавия. Исполняя её, мы однажды покончим с войной.
Хотелось бы мне знать собственную роль. Или её отсутствие тоже роль?
Я посмотрела в глаза эльфийки и твёрдо произнесла:
— Да, мы найдём способ, мы покончим с войной, рано или поздно.
Я не буду безучастна. Ни за что на свете.
— Скорее рано, чем поздно, — вновь развернувшись к своему мешку, загадочно пропела Витания. — Пожалуй, мне пора, Летавия. Хочешь меня проводить? И не переживай, Совет Пяти тебя не изгонит, можешь мне верить.
На душе заметно полегчало — я не хотела покидать Ущелье, как плохо ко мне не относились бы.
Я поднялась на ноги и улыбнулась эльфийке:
— С удовольствием тебя провожу, Витания.
Мы покидали целебное крыло в приятном молчании и заговорили вновь лишь у кромки леса. Витания направлялась в ту же сторону, в которой недавно скрылся дормун, я не могла не предостеречь смелую эльфийку:
— Будь осторожна…
— Молодой дормун, да, я видела, — улыбнулась она и посмотрела вперёд. — У тебя интересные отношения с животными, правда?
— Они видят самое главное — то, что я не причиню им вреда.
— Да, животные чувствуют доброту… — Витания развернулась ко мне и коснулась ладонью моей щеки: — Здесь тоже знают, что ты не хочешь никому причинять вреда. Уж точно не намеренно.
— Мне дорого Ущелье Надежды, — кивнула я. — Дорог мой народ.
— Это взаимно, Летавия, поверь мне.
Я отвела глаза и вновь кивнула:
— До новой встречи, Витания, буду с нетерпением ждать твоего возвращения.
— Да, если у тебя не найдётся занятия поинтереснее. До свидания, милая. И ещё, если тебя не затруднит… Совсем забыла, что обещала Ниирании рецепт восстанавливающего отвара, он лежит у меня на столе. Передашь ей?
— Хорошо.
Эльфийка на мгновение сжала мои пальцы своими и, отпустив их, направилась в лес. Она улыбалась самой себе. Я провожала её спину взглядом, пока ту, как и недавно дормуна, не скрыл из глаз полумрак густого леса.
Глава 3
Комната Витании выглядела пустой и брошенной без своей хозяйки. Я прошла вглубь и замерла посередине. Моё жилище не будет выглядеть так же, потому что меня не изгонят. Потому что эльфы добры. По крайней мере, большинство из них. Если бы решение о моей судьбе пришлось принимать Изриину, то…
Я с силой зажмурилась на мгновение, выдохнула и подхватила со стола лист с рецептом восстанавливающего отвара.
Ниирании не оказалось в своей комнате, и я предположила, что она сейчас находится рядом с пострадавшим эльфом, но и там её не было.
— Наш смельчак не сильно пострадал, — улыбнулся мне главный целитель, эльф с белоснежными от седины волосами. — Основной удар пришёлся на спину, полежит здесь до завтрашнего утра, попьёт отвара… За ненадобностью я отпустил Нииранию по своим делам.