— Ухаживать за инвалидом так утомительно, мисс. Не говоря уже о том, что для этого необходим крепкий желудок. Вы когда-нибудь выносили «утку»?
Мэгги бросили открытый вызов. И она, и Элеанор, казалось, поняли это.
— Я… могла бы, — неуверенно сказала Мэгги.
— Но вам не приходилось, — повторила Элеанор спокойно. — Полагаю, этим занималась прислуга.
Мэгги знала, что ее положение в доме Риви еще довольно шатко. Будь она его женой, она могла бы распорядиться, чтобы мисс Килгор выгнали. Но, будучи его невестой — она медленно покраснела — и любовницей, она не имела на это права.
— Через несколько дней я увезу мистера Маккену в Куинсленд. Уверена, вам не захочется отправиться так далеко, когда вас наняли на короткий срок.
Элеанор была невозмутима.
— Доктор Кларидж сказал мне, что выздоровление может затянуться, если это вообще произойдет. Кроме того, мне очень по душе идея пожить в тропической, солнечной обстановке. Мне говорили, владения мистера Маккены граничат с океаном.
Это было уже больше того, что говорили Мэгги. Она не знала о собственности Риви в Куинсленде ничего, кроме того, что там он выращивал сахарный тростник. Мэгги закусила губу и бесцельно направилась к плите, чтобы взять чайник. Она заварила чаю, прежде чем заставить себя сесть за стол с Корой и новой сиделкой.
— Мистер Маккена, похоже, быстро поправляется, — с запозданием и как-то обиженно сказала она.
— Реакция организма, — самодовольно заключила Элеанор, — может быть обманчивой.
У Мэгги было такое чувство, как будто ей дали пощечину, и щеки ее запылали.
— Доктор Кларидж был весьма доволен, — сказала она, взяв себя в руки.
Прежде чем Элеанор успела ответить, Кора предала Мэгги, поднявшись из-за стола и бодро объявив:
— Ну, я, пожалуй, пойду собирать вещи мисс Элизабет, если мы отправляемся в путешествие.
Мэгги умоляюще взглянула на нее, чего Кора вовсе не заметила, а потом уставилась в свою чашку, когда осталась наедине с сиделкой Риви.
— Я видела вас в «Укрощении строптивой», — сказала Элеанор, когда пауза до неловкости затянулась. — Вы были очень хороши.
— Благодарю вас, — деревянным голосом ответила Мэгги.
— Не перестаю удивляться, почему вы, произведя такой фурор, совершенно повернулись к театру спиной, мисс Чемберлен. Если верить газетам, перед вами открывалось большое будущее, в том числе и в вашей родной Америке.
Ответ, пришедший в голову Мэгги, звучал как-то по-детски обидчиво. Впервые со времени возвращения Риви она начала сомневаться в его чувствах. Оглядываясь назад, она поняла, что все те романтичные подарки, которые он посылал ей, — имели одно сходство — записку с упоминанием Джеми. И может быть, он наделил ее полномочиями подписывать его документы только потому, что у него не было повода думать, что ее когда-нибудь назовут его именем. А что до занятий любовью, ну, Риви был сильным мужчиной, даже в своей болезни. Он вполне мог относиться подобным же образом к любой другой женщине — Элеанор Килгор, например. Потрясенная такими догадками, Мэгги встала и отнесла свою чашку в раковину. Элеанор по-прежнему ждала ответа на свое замечание о театральной карьере Мэгги. Мэгги подняла левую руку. Великолепное кольцо засверкало у нее на пальце, но даже око не могло успокоить ее. Филип сказал, что для богатого человека драгоценности просто пустяк, и он был прав. И тем не менее, пока Элеанор разглядывала кольцо, Мэгги сказала:
— Я собираюсь замуж за мистера Маккена, так что у меня, разумеется, не будет времени для театра, и желания отправиться в Америку, конечно, тоже.
В великолепных голубых глазах Элеанор мелькнул самодовольный огонек, по-другому это и не назовешь.
— По словам доктора, мистер Маккена еще очень далек от того, чтобы… выносить строгости брака, мисс Чемберлен.
«Это вы так думаете», — хотелось сказать Мэгги, но, вспомнив события этого утра, она, разумеется, не могла упоминать о них. Это было слишком личным.
— Вы встречались раньше с Риви? — спросила Мэгги, почувствовав что-то недоброе.
Элеанор вздохнула.
— Нет. Но я, конечно же, видела его. Он весьма известен в Сиднее. Великолепный мужчина.
— Да, — ответила Мэгги. — С вашего позволения, у меня много дел. — Говоря по правде, делать ей было нечего — теперь, когда она больше не играла Катарину, — но она скорее умерла бы, чем призналась в этом мисс Элеанор Килгор.
Элеанор улыбнулась и поднялась со стула.
— Не могли бы вы найти свободную минутку в вашем деловом расписании — я не настаиваю, конечно, — чтобы проводить меня в комнату Риви… мистера Маккены?
Внутри у Мэгги все закипело, но она тем не менее изобразила самую очаровательную улыбку.
— Разумеется, — сказала она и, скрипнув зубами, повела сиделку Риви вверх по лестнице и вдоль по коридору. «Неужели доктор Кларидж не мог найти кого-нибудь еще, какую-нибудь некрасивую матрону?» — спрашивала себя Мэгги, указывая на дверь комнаты Риви.
Элеанор постучала и вошла, когда отозвался доктор, а Мэгги осталась стоять в коридоре, не зная, чем заняться.
Наконец она отправилась в кабинет, стены которого были уставлены книжными шкафами. Она выбрала томик сказок и пошла искать Элизабет, но обнаружила, что Кора отложила свои сборы и вместо этого повела малышку в парк.
Совершенно растерявшись, Мэгги поставила книгу обратно на полку. Ей ужасно хотелось навестить Тэнси и излить ей все свои сомнения и страхи, но она не могла: ее подруга сейчас была занята и освободится только к вечеру.
Джеми скорее всего уже уехал в Новую Зеландию, и Мэгги его очень недоставало. Она могла бы довериться брату Риви и жаждала его ободрения.