Гостиница, как будто рок витал над ними, выходила на хрустально-синее море, и, обшарив каждый уголок самого верхнего этажа здания, Мэгги наконец-то отыскала Риви. Он стоял на крыльце гостиницы, глядя на бегущие, с белыми барашками волны.
— Невероятное место, — сказала она, вдыхая запах сигары, витавший в воздухе. На растущем неподалеку дереве сидела стая попугаев, словно малиновки в Англии или в Америке, блестя ярким оперением и хрипло крича.
Риви издал звук, выражавший лишь то, что он слышал ее, и продолжал неотрывно вглядываться в горизонт. Как раз в эту минуту из гостиницы вышла Кора, ведя за руку Элизабет. Малышка прижалась к Риви, обхватив его за ноги ж восхищенно глядя на него снизу вверх.
— Яблоко! — радостно крикнула она, демонстрируя свои успехи. — Пуговица, картошка, кенгуру!
Риви слабо улыбнулся и потрепал ее по головке. Кора взяла ребенка за руку.
— Элизабет и я идем собирать ракушки, — объявила она.
— Ракушки! — крикнула Элизабет.
Мэгги засмеялась и взяла Риви под руку.
— Меня, знаешь ли, не обманешь, — спокойно сказала она. — Если бы ты только захотел, то мог бы сказать намного больше, чем говоришь. Мне казалось, тебе будет стыдно перед Элизабет: она больше старается.
Он дотронулся до ее носа.
— Пуговица, — сказал он послушно, и глаза его сверкнули. — Картошка, кенгуру.
— Вовсе не смешно, — фыркнула Мэгги, хотя про себя подумала обратное.
— Выходи за меня замуж, Мэгги, — огорошил ее Риви. — Сейчас, сегодня.
Надежда разгорелась в душе Мэгги, но, прежде чем она успела ответить, вмешалась Элеанор. Она прогуливалась по берегу, и ее красивые черные волосы развевались по ветру. Совершенно не обращая внимания на Мэгги, она улыбнулась Риви, отвела волосы с лица и сказала:
— Мне кажется, вы слишком утомляете себя, мистер Маккена. Наверное, вам лучше всего лечь.
Внимание Риви, как с удовольствием заметила Мэгги, было обращено только на нее.
— Прекрасная мысль, — согласился он, коснувшись кончика ее носа. — Но сначала я хотел бы поговорить с проповедником.
На безупречных щечках Элеанор появилась два румяных пятна. Взгляд, который она бросила на Мэгги, способен был испепелить скалу.
— Чтобы исповедаться в грехах? — пропела она и, подобрав юбки, поднялась по лестнице.
Мэгги сердечно улыбнулась.
— Мы были бы рады, если бы вы были нашей свидетельницей, мисс Килгор, — сказала она.
Задрав подбородок и шурша юбками, Элеанор прошествовала в свою комнату.
— Предупреждаю, — сказала Мэгги, стоя очень близко к Риви, — первое, что я сделаю, когда стану твоей женой, — выгоню эту женщину.
— Ревнуешь, — засмеялся Риви.
— Ничуть! — солгала Мэгги, но душа ее ликовала. И все же ее беспокоило, что Риви так и не сказал, что любит ее. Она опустилась в кресло-качалку, которая стояла на крыльце для удобства гостей, и вздохнула.
Риви мгновенно сел рядом.
— В чем дело, Янки?
— Ты любишь меня? — прошептала Мэгги.
Он поднял ее руку, погладив большим пальцем великолепный бриллиант у нее на пальце.
— Я ведь дал тебе это.
— Ты наверняка дарил такие безделушки многим. Но обручальных колец никогда. Мэгги настойчиво повторила вопрос:
— Ты любишь меня?
— Не уверен, что знаю, что это такое, Мэгги. Но, насколько я понимаю значение этого слова, да.
Мэгги закрыла глаза. Это явно не было многословным заявлением, но если учесть, как отчаянно она любила его, и что у нее от него будет ребенок, то Мэгги успокоилась. И все же оставались еще некоторые препятствия.
— Риви, ты помнишь, что был у Джеми? Как плыл с ним домой на корабле после этого… происшествия?
Риви уставился на нее так, как будто у нее вырос еще один нос.
— Что?
— Это Джеми привез тебя домой. Он и до этого ухаживал за тобой, пока ты не смог отправиться в путь.
Краска сбежала с окаменевшего лица Риви.
— Боже мой, — выдохнул он. — Я был у Джеми? — Он сдавил локоть Мэгги. — Почему же я не помню?
Мэгги только покачала головой.
— Значит, ты многое могла бы рассказать мне? — В его словах звучали подозрение и недоверие.
Свадьба, еще минуту назад казавшаяся блистательной перспективой, вдруг стала невозможной.
— Риви…
Он тащил ее за собой в гостиницу, стуча палкой по полу. Так как в столовой почти никого не было, для своего допроса он выбрал ее. Бросив Мэгги на стул, Риви прислонился к столу и приказал:
— Рассказывай все!
— Он живет где-то в Новой Зеландии, Риви, возможно, рядом с Оклендом. Это все, что мне известно, клянусь!
Рука Риви схватила подбородок Мэгги.
— Лучше бы так оно и было, — сквозь зубы процедил он.
Мэгги ударила его по руке, в глазах ее закипели слезы.
— Черт бы тебя побрал, Риви! — огрызнулась она, вскочив. Столик был как бы барьером между ними. — Ты просто использовал меня!
Риви переменился в лице, и Мэгги заметила, как он ослаб.
— Нет, — возразил он. — Неправда.
— Правда! — крикнула Мэгги, тыльной стороной ладони вытирая слезы, а через секунду стащила с пальца кольцо, швырнула его Риви и убежала.
Она не остановилась, пока не добежала до берега. Там упала на колени в белый песок и закрыла лицо руками. Громко зарыдав от горя и злости, Мэгги даже не пыталась сдерживаться.
— Я знал, что этим кончится, — заметил голос у нее за спиной.
Услышав знакомые нотки в голосе, Мэгги обернулась.
— Дункан! — воскликнула она, поднимаясь с колен.
Он был одет как раз по погоде Куинсленда — в белый полотняный костюм с элегантным галстуком-шнурком. Дункан подошел к ней и таким же белым, как костюм, носовым платком вытер ей лицо, словно она была заблудившимся ребенком.
— Вернись к нам, Мэгги, — тихо сказал он. — Клянусь, что то, что произошло в Мельбурне, больше не повторится.