На сей раз все было поставлено с особым размахом: участникам сборов на практике показывалась организация артиллерийского огня при решении целого ряда тактических задач. Саперный батальон соорудил участок оборонительной позиции с настоящим дзотом, траншеями, проволочными заграждениями. И артиллеристы должны были пробить через позиции проход, разрушить дзот, вести огонь прямой наводкой по танку. Не по какой-нибудь мишени, а настоящему трофейному «тигру». Потом — постановка подвижного и неподвижного заградительных огней артиллерийскими группами. Командарм разрешил расход боеприпасов по полной штатной норме.
Однако, прежде чем начались стрельбы, нашим командирам и начальникам пришлось попотеть и за столами: требовалось тут же, на месте, отработать все боевые документы и схемы, включая таблицы огней дивизиона, артполка и артгруппы специального назначения.
Ясно, главный экзамен держали мы, артиллеристы. Но командарм в не меньшей мере подвергал испытанию общевойсковых начальников — командиров корпусов и дивизий. Со свойственной ему дотошностью он проверял у них знание способов и методов боевого применения артиллерии, умение каждого ставить перед ней тактические и огневые задачи.
Показными стрельбами руководил полковник П. В. Зороастров, и мы не без восхищения следили за четкими и энергичными действиями этого талантливого артиллериста.
Иван Михайлович Пырский после стрельб оставил всех артиллерийских начальников еще на одно занятие. Теперь уже мы во всех деталях разбирали действия артиллерии в ходе армейской наступательной операции.
— Рекомендую такие занятия провести в дивизиях, — сказал в заключение генерал. — Особое внимание прошу обратить на подготовку минометчиков. К сожалению, минометы подчас слабо используются в бою. Спросите, почему? Думаю, иные командиры стрелковых частей недооценивают их боевые качества, зачастую рассчитывают, что все цели будут поражаться артиллерией. Надо убеждать общевойсковых командиров, что минометы — мощное огневое средство поддержки пехоты, сильнейший вид оружия ближнего боя.
— Убеждать лучше всего делом, то есть метким огнем, — проговорил полковник П. В. Зороастров. — Когда увидит комбат, что минометный огонь в короткие сроки наносит противнику большие потери, он и без наших слов поверит в силу оружия.
— Это, конечно, верно, — согласился И. М. Пырский. — Но мы, артиллеристы, должны выступать и страстными пропагандистами своего оружия. Надо настойчиво разъяснять молодым пехотным командирам боевые качества минометов. Кстати, давайте их вспомним!
Признаться, нас поначалу смутил такой поворот разговора: не в полковой школе сидим. Но пришлось по очереди отвечать:
— Минометы способны сопровождать пехоту в любых условиях местности и в любое время года могут быстро менять позиции и гибко маневрировать огнем.
— Вести огонь из-за любого укрытия, строения, из оврага.
— Устроен миномет просто, это облегчает подготовку расчетов.
— Большой угол возвышения, навесная траектория позволяют располагать минометы вблизи своей пехоты, стрелять через ее головы по ближним целям, поражать противника за гребнем укрытия. При этом осколочное действие восьмидесятидвух- и стодвадцатимиллиметровых мин превосходит действие артиллерийских снарядов тех же калибров.
— Вот и напоминайте об этом почаще командирам и политработникам, — заключил разговор командующий артиллерией армии. — По плану в каждом корпусе намечены показные стрельбы. Надо провести их интересно и поучительно. Военный совет армии придает учениям большое значение.
Для показных минометных стрельб мы взяли от каждой стрелковой дивизии корпуса батарею 120-миллиметровых и роту 82-миллиметровых минометов. В день, когда готовилась стрельба, я, по обыкновению, объезжал наш прифронтовой «полигон». Вижу чью-то машину, подъезжаю — в ней член Военного совета армии генерал-майор А. В. Щелаковский. С ним доводилось встречаться уже не раз. Скорый на слово, быстрый в движениях, Алексей Варфоломеевич порой создавал впечатление человека несколько суетливого. Он вышел из кавалеристов и не утратил свойственной им непоседливости. Но главное-то было в его недюжинных организаторских способностях и большом опыте партийно-политической работы. Член Военного совета стремился всюду побывать, встретиться с бойцами и командирами, побеседовать с ними. В его словах, будь то совет или указание, неизменно чувствовалась сердечность, простота. Говорил он всегда очень доходчиво.
Я доложил генералу о порядке проведения стрельб.