— Понятно, с этим разобрались, — Александр на миг оторвался от записей. — По твоим словам, всё это время, пока ты жил в Дубуяне, ты занимался охотой и собирательством.
— Да, занимался, — Суслик кивнул.
— А как же тогда чудо-юдо лесное? — делано удивился Александр. — Неужели так ни разу и не встретились?
— Гражданин начальник, чудо-юдо лесное где-то на севере от Дубуяны обитает. А я в ту сторону не ходил никогда. Да, боялся. А встречаться… В основном, так сказать, косвенным образом. То и дело на круги натыкался, осенью и весной трава хитрым образом заворачивалась. А зимой, бывало, и снег проседал.
— Круги одинаковые? Или каждый раз разные?
— Э-э-э… — Суслик задумчиво нахмурил лоб. — Каждый раз линейкой не измерял, но мне кажется, что два, нет, даже три определённых размера всего. Иногда казалось, будто кто-то надомной пролетал, будто сова огромная, волосы на голове так странно шевелились и холодом так окатывало.
— Но, всё-таки, встречался? — с нажимом спросил Александр.
— Один раз, было, — нехотя признал Суслик. — Но только вы, это, не смейтесь. Всё было, как я скажу.
— Суслик, — Александр демонстративно поднял исписанные листы протокола и выразительно потряс ими, — ты тут такого наговорил, что тебя в любую психушку без обследования с руками оторвут. Так что ты уже ничем меня не удивишь и не рассмешишь. Продолжай, давай.
Показания Суслика и в самом деле словно диагноз для психушки. Александр и в самом деле уже устал удивляться, да и смеяться никак не хочется.
— Так вот, — с воодушевлением продолжил Суслик, — мне тогда кабанчика подстрелить удалось. То, что подранка бросать неприлично, фигня это всё. В первую очередь я жрать хотел, вот и рванул за недобитком по следу кровавому. Вот так я и забежал гораздо северней Дубуяны, чего никогда раньше и позже не делал.
Иду я по следу, иду, крови всё больше и больше, доходит, тварь божья, значит. Я уже представляю, как тушку ошкурю, как потом мяса наемся. А тут, — Суслик всплеснул руками, — вижу, на полянке кабанчик мой лежит, на боку, копытами еле шевелит, вот-вот сдохнет окончательно. А над ним марево такое, так, — Суслик зашевелил пальцами. — Ну, как я вам уже говорил, когда в самый первый раз зелёный свет на грузовик упал. Мне тогда чудом удалось ноги унести.
— Я тебя понял, продолжай.
— Так вот, — Суслик нервно сглотнул. — Марево такое над кабанчиком моим висит, будто тоже ждёт, пока тварь божья сдохнет окончательно. Я от ужаса на месте так и замер. Почему и сумел хорошо всё разглядеть. Это, знаете, даже удивительно. Вроде эта хрень прозрачная, но воздух так интересно вокруг себя закручивает, что контур проступает. Ей богу, будто тазик в воздухе висит.
— Круглый объект с выпуклым дном? — уточнил Александр.
— Точно, — Суслик кивнул, — только, вроде как, прозрачный. Марево, одним словом. И вдруг этот самый объект с выпуклым дном ко мне полетел. Как я только не обделался, только господь ведает. Я тут же развернулся и прочь со всех ног рванул. Этот объект круглый за мной.
— Ты что, оглядывался?
— Нет, — Суслик энергично махнул рукой, — но слышал, как он за мной летел. Звук такой. Чем-то на шелест похож. Если сами услышите, то сразу поймёте. Так вот, за мной этот объект летит. А у меня в левой руке «мосинка», а она тяжёлая. И-и-и… — Суслик нервно сжал кулаки, — бросил я её. Что было сил и страху в сторону бросил, а сам в другую повернул. И тут же, вот непруха, о какой-то ствол поваленный споткнулся. У меня потом нога сильно болела, а тогда я кубарем на землю полетел. Но полетел очень удачно, кувырнулся через спину и так ловко на ноги поднялся. Вот таким макаром я и обернулся тогда. И, вы не поверите, — Суслик привстал с лавки и опять повис на прутьях решётки, — тот тазик прозрачный за винтовкой повернул, пролетел и над ней, родимой, завис.
— И что дальше? — против собственной воли, Александр заинтересовался рассказом беглого полицая.
— Я что ещё могло быть дальше? — чуть не плача, переспросил Суслик. — Я развернулся и дальше побежал, пока этот тазик прозрачный опять за мной не полетел. Так и удрал. Остановился, когда уже сил бежать больше не было. Позже я вышел на северную окраину Дубуяны.
— Именно таким образом ты и потерял свою винтовку? — уточнил Александр.
— Таким образом и потерял, — Суслик печально всплеснул руками. — Почему и оголодал сильно. Патроны у меня ещё были. Иначе, глядишь, и сумел бы прокормиться, и в магазин бы за жратвой не полез бы. Да чего уж теперь.
— Понятно, — Александр старательно записал слова Суслика в протокол. — Коль уж тебе довелось обследовать окрестности Дубуяны, то, может, находил тела убитых финнов, немцев, пропавших жителей деревни, или хотя бы могилы?