От таких слов капитан Давыдов усмехнулся, былое раздражение начальника районной милиции испарилось, словно по волшебству.
— Продолжайте, товарищ старший сержант, — капитан Давыдов улыбнулся. — По глазам вашим вижу: какая-никакая, но, всё-таки, версия у вас есть.
— Так точно, товарищ капитан, — Александр улыбнулся в ответ. — Ещё допрашивая гражданина Суслова, у меня сложилось впечатление, что я уже где-то читал о зелёном свете. А потому сегодня утром, едва вы меня отпустили, я направился в районную библиотеку, где и познакомился с чудной женщиной Кулибякиной Анастасией Фёдоровной.
— Вы её допросили о событиях июня сорок четвёртого, — уточнил капитан Давыдов.
— Так точно, — тут же подтвердил Александр, — но это уже по ходу дела. Главное же, я в несколько других словах, не раскрывая подробностей дознания по делу гражданина Суслова, рассказал о зелёном свете. Анастасия Фёдоровна тут же принесла мне две книги.
Александр выразительно умолк, однако капитан Давыдов лишь кивнул, чем разрешил продолжить объяснение.
— Разрешите, я, лучше, сразу зачитаю.
Александр вытащил из планшетки книгу, между страниц которой торчит несколько закладок из сложенных бумажек.
— Вот, послушайте: — Александр распахнул книгу.
'На краю воронки стояла кучка людей с белым флагом, оцепеневших от изумления, маленькие чёрные силуэты вырисовывались на фоне неба над чёрной землёй. Вспышка зелёного дыма осветила на миг их бледно-зеленоватые лица.
Шипение перешло сперва в глухое жужжание, потом в громкое непрерывное гудение; из ямы вытянулась горбатая тень, и сверкнул луч какого-то искусственного света.
Языки пламени, ослепительный огонь перекинулись на кучку людей. Казалось, невидимая струя ударила в них и вспыхнула белым сиянием. Мгновенно каждый из них превратился как бы в горящий факел.
При свете пожиравшего их пламени я видел, как они шатались и падали, находившиеся позади разбегались в разные стороны.
Я стоял и смотрел, ещё не вполне сознавая, что это смерть перебегает по толпе от одного к другому. Я понял только, что произошло нечто странное. Почти бесшумная ослепительная вспышка света — и человек падает ничком и лежит неподвижно. От невидимого пламени загорались сосны, потрескивая, вспыхивал сухой дрок. Даже вдалеке, у Нэп-Хилла, занялись деревья, заборы, деревянные постройки.'
— Вот ещё интересный отрывок, — Александр разом перелистнул несколько десятков страниц.
«Миноносец всё ещё боролся; руль, по-видимому, был не повреждён, и машины работали. Он шёл прямо на второго марсианина и находился в ста ярдах от него, когда тот направил на „Сына грома“ тепловой луч. Палуба и трубы с грохотом взлетели вверх среди ослепительного пламени. Марсианин пошатнулся от взрыва, и через секунду пылающие обломки судна, всё ещё нёсшиеся вперёд по инерции, ударили и подмяли его, как картонную куклу. Брат невольно вскрикнул. Снова всё скрылось в хаосе кипящей воды и пара.»
— А вот этот отрывок меня едва не убил, — Александр перелистнул ещё несколько десятков страниц, но уже в обратном направлении.
«Затем наступила ночь первой падающей звезды. Её заметили на рассвете; она неслась над Винчестером, к востоку, очень высоко, чертя огненную линию. Сотни людей видели её и приняли за обыкновенную падающую звезду. По описанию Элбина, она оставляла за собой зеленоватую полосу, горевшую несколько секунд. Деннинг, наш величайший авторитет по метеоритам, утверждал, что она стала заметна уже на расстоянии девяноста или ста миль. Ему показалось, что она упала на Землю приблизительно за сто миль к востоку от того места, где он находился.»
— Да что это за книга такая? — капитан Давыдов едва не подпрыгнул на стуле от удивления.
— Герберт Уэллс «Война миров», — Александр выразительно захлопнул книгу.
— Как будто из протокола допроса гражданина Суслова, — нехотя признал капитан Давыдов.
— Книга «Война миров» была издана ещё в прошлом веке, в 1898 году, если быть точным, — пояснил Александр.
— То есть, вы хотите сказать, — капитан Давыдов нахмурился, — что 1 июня 1944 года над Кондопогой пролетел космический корабль марсиан? Они же уничтожили сперва полицаев, чуть позже финнов, а потом ещё успели повоевать с немцами?
— Марсиане это были или нет — сказать точно я не могу, — осторожно ответил Александр. — Однако, если предположить, что метеорит — это космический корабль марсиан, а зелёный свет — тепловой луч, то получается более чем правдоподобная версия. По крайней мере, в неё отлично укладываются все известные нам факты.