Тишина. Лесная тишина. Чирикают невидимые в ветвях птицы, где-то рядом стучит дятел, да ветер шумит. Ни разговоров, ни рёва моторов, ни тем более стрельбы не слышно, однако на душе всё равно неспокойно. А раз неспокойно, то не будет лишним присесть, притаиться, прислушаться и тщательно оглядеться по сторонам. Во время войны Александр научился доверять собственной интуиции. Иначе нельзя. Как не горько это признавать, но немцы — хорошие солдаты, какими бы дебилами не рисовали их на плакатах. А в диверсанты так вообще отбирали самых лучших.
Но нет, всё тихо. Александр вновь осторожно поднялся на ноги. Идти с пистолетом-пулемётом наперевес не очень удобно, зато гораздо спокойней. Ещё бы тонкие веточки, что скрылись в густой траве, не хрустели бы время от времени на всю округу.
После памятного разговора с капитаном Давыдовым прошло больше недели. Александр изо всех сил рвался в бой. Сам не ожидал, насколько же сильно вся эта чертовщина с марсианами застрянет у него в голове. Однако первые же три дня, вторник, среда и четверг, пришлось потратить на организацию постоянной базы в Дубуяне.
В первую очередь Александр оборудовал ночлег. Так-то можно было бы поселиться в том же тёплом сарае, где минувшую зиму терпеливо голодал Суслик. Только Александр, откровенно говоря, побрезговал им. В «наследство» беглый полицай мог запросто оставить блох, клопов и вшей. Пришлось искать новый, ибо протопить небольшой сарай и в самом деле легче и проще, чем избу. Хорошо, что хоть с дровами возиться не пришлось. Пропавшие жители заготовили топлива впрок, даже немцы с финнами не успели их сжечь.
Во вторую очередь пришлось завести побольше продовольствия. Александр потратил все свои и без того невеликие денежные средства. Хорошо, что хоть Аркадий Назарьевич, председатель леспромхоза, пришёл на выручку родной милиции. По его личному распоряжению Александр получил в столовой леспромхоза небольшие мешки гречневой крупы и макарон, так сказать, авансом. Заодно председатель позволил взять в конюшне леспромхоза телегу с конём и свезти все припасы разом в Дубуяну. Увы, но верховую лошадь для поиска Аркадий Никифорович выделить отказался наотрез. Леспромхоз и так только-только встаёт на ноги.
Зато на следующую неделю, ещё в понедельник вечером, Александр сразу отправился в Дубуяну и, с рассветом во вторник, принялся за поиски. Сперва Александр как следует ещё раз обошёл Дубуяну и её ближайшие окрестности. В среду впервые углубился дальше на север и, к собственному удивлению, наткнулся на дорогу. Точнее, на заброшенную, даже толком недостроенную, но, всё же, дорогу.
Элементарный осмотр помог понять главное — немцы для какой-то надобности решили проложить дорогу в северном направлении. Пусть самую элементарную, грунтовую и узкую, но дорогу. Где-то вполне хватило свалить деревья. Где-то пришлось сперва валить толстые стволы, а под пеньки закладывать динамитные шашки и взрывать. Однако с тех пор высокая трава затянула едва заметную просеку, следом в атаку перешли кусты. Ещё несколько лет и так называемая дорога вновь станет непроезжей. Ну, за исключением тяжёлой техники, танков, например.
Как бы то ни было, а так называемая дорога задала очень хорошее направление для поисков. Ведь куда-то она должна была привести. Вот почему в четверг с утра пораньше Александр отправился прямиком по едва пробитой через лес дороге на север. На удивление, за столь короткий срок немцы успели пробить не меньше четырёх-пяти километров. И всё бы ничего, однако буквально на последних сотнях метрах на Александра навалилось дурное предчувствие.
Дорога изгибается и петляет весьма причудливым образом. На миг Александр остановился возле толстой ели с ободранной корой. Немцы как могли старались экономить и время, и взрывчатку. На душе всё тревожней и тревожней, но Александр твёрдо решил дойти до конца. Или хотя бы до конца этой дороги.
Поворот, ещё поворот.
— Ах ты чёрт, — прошептал Александр и опустился на колено.
Ствол ППС смотрит вперёд. Александр напряг глаза. Среди деревьев угадывается силуэт какой-то чёрной машины. Однако всё тихо, ни шагов, ни голосов, ни рёва моторов. Александр вновь поднялся на ноги.
Это, это… Александр подошёл ближе, это немецкий полугусеничный транспортёр с характерными наклонёнными бортами. Стальные гусеницы вместо задних колёс существенно повышают проходимость — весьма ценное качество для здешних мест. На таком транспорте можно и личный состав перевозить, и различные грузы, и буксировать пушки и гаубицы. Хорошая машина, да только никуда она больше от сюда не поедет.
Спрашивается, чего тут бояться? Александр обошёл некогда грозную боевую машину кругом. По бортам до сих пор закреплены знаменитые «циркуляционные пилы Гитлера», пулемёты MG-42. От привычной тёмно-зелёной камуфлированной окраски не осталось и следа. Бронетранспортёр не просто подбит. Нет. Он сгорел самым натуральным образом. На язык само просится слово «дотла». Хотя, конечно, это не так. Броня почернела до голого металла. От шин передней пары колёс остались лишь голые ободки. Александр уже видел подобное с грузовиком на дороге возле Дубуяны.