Джил подняла бровь.
– Связь оборвалась. Я такие вещи чую, – объяснила она и добавила с сарказмом: – Хоть и деревенская.
Последнее замечание взвинтило Джона.
– Вот что, – сказал он, вставая с дивана. – Ясней ясного, куда ты клонишь. Ты в мои дела не лезешь, я в твои, так? Ты мои разговоры не слушаешь, а я не спрашиваю, чей ты заказ делаешь, – верно? И вроде как работаем вместе, а получается, что врозь, – правильно я понимаю?
Джил засмеялась – совсем без обиды, очень по-доброму. На людях она никогда не размыкала губ при смехе или улыбке, но при Джоне смеялась, открывая рот, как все. Вот и теперь сыщик видел ровные белые зубы и едва отросшие клыки на верхней челюсти.
– Да я не знаю имени его, – сказала Джил, отсмеявшись. – Говорю же: аптекарь. Так представился. Так и звать просил.
– Однако, – сказал, помолчав, Джон.
– Ага.
– И ты согласилась вести дела неизвестно с кем?
Джил кивнула.
– Скажешь, дура?
Джон с шипением втянул воздух.
– Скажу: не самый дальновидный поступок.
Девушка развела руками.
– Твоя правда…
– А покажешь его? – отрывисто спросил Джон.
– Тебе? Аптекаря?
– Ага.
Джил подумала.
– Н-не знаю, – сказала она неуверенно. – Ну… почему нет. У нас послезавтра встреча. Можешь прийти. Если спрячешься…
– Заметано, – сказал Джон. – Очень уж охота взглянуть.
Джил наморщила лоб.
– Раз охота – можно и взглянуть. Все взял, что хотел?
– Сейчас, погоди, – ответил Джон. Он подошел к картине «Хальдер Прекрасная приветствует новых вассалов Северной Энландрии», снял ее со стены и вынул из сейфа пару «быстрых» обойм для револьвера: полезная вещь, когда не хватает времени. Вставил в барабан, повернул – и готово. Сунув обоймы в карман куртки, сыщик огляделся. Что еще он забыл? Ах да… Подняв подушку дивана, Джон извлек из ящика потрепанный вещмешок, рывком ослабил горловину и заглянул внутрь. Скатанная в валик подстилка из войлока была на месте, бинокль – тоже.
– Пошли, – сказал Репейник, завязывая узел на горловине. Джил нахмурилась.
– Как пошли? А фляга? А сэндвичи? Мы ж там сдохнем к утру не жравши, на чердаке-то. А если потом бежать придется?
Джон вздохнул.
– Сама сделаю, – решила Джил и ушла на кухню. Какое-то время она гремела кастрюлями и хлопала дверцами шкафов. Сквозь шум слышалось ворчание: «Ну и бардак развел… Где тут у него… А чай? Говно, а не чай…» Джон опустил подушку, сел на диван и обхватил голову руками. Спустя минуту шум затих, и Джил крикнула:
– Хлеб-то есть?
– Нет, – громко сказал Джон.
– Ну и ладно, – ответила Джил. – Неси мешок!
Джон вздохнул, взял под мышку мешок и побрел на кухню. Джил хозяйничала: сварила оставшиеся яйца, завернула в газету огрызок колбасы и налила клокочущего чая в хитрую флягу с двойными стенками – изобретение какого-то Девара из Арверниса. Джон купил флягу еще тогда, когда они с Джил были вместе, потом все хотел выбросить, а вот сейчас, поди ж ты, пригодилась. Фляга неплохо держала тепло, только боялась тряски и ударов.
– Ну, пойдем уже, что ли, – сказал Джон, увязывая мешок.
– Пойдем, – согласилась Джил. Она стояла у окна, собирая волосы в пучок. Серый дневной свет очерчивал фигуру, превращая девушку в темный силуэт, персонаж мистерии из волшебного фонаря.
Ничего особенного в ней нет, с усилием подумал Джон, девчонка как девчонка, худая, жилистая, лицо простое, нос длинноват, только и красоты, что глаза с янтарным блеском… Это было правдой, но он все равно смотрел на нее, не отрываясь, а она, закончив с волосами, вдруг посмотрела в ответ – прямо, по-старому, особенным взглядом, который разрешал все, что можно было разрешить.
Джон опустил на пол мешок и шагнул к ней, но тут в дверь постучали.
Джон замер.
Русалка движением головы указала на вход: кто? Джон пожал плечами: не знаю. Стук повторился. Джон вынул револьвер, неслышно подошел к двери и заглянул в глазок. Сначала он не поверил, а потом, когда понял, что ему не мерещится, – страшно разозлился, распахнул дверь и, схватив за рукав, втащил в квартиру того, кто был снаружи.
– Вы что здесь забыли? – резко спросил Репейник.
Доктор Мозилиус Иматега заморгал, привыкая к скудному свету в прихожей. На нем был нелепый резиновый плащ с капюшоном и бахилы. С плаща капало, с бахил – текло.
– Прошу покорнейше извинить, – начал доктор неуверенно, – я лишь…
– Откуда у вас мой адрес? – перебил Джон.
Иматега, пыхтя, с натугой сунул два пальца в жилетный кармашек и вытащил визитку. Джон глянул на бумажный квадратик.
– Там только имя, фамилия и номер кабинета в Гильдии! – рявкнул он. – Я…