Отступив, она с удовлетворением оглядела пленника. Олмонд шевельнулся, поерзал, устраиваясь. Неуклюже потер ладони: наручники Джил снимать не стала.
Русалка вдруг без всякой подготовки ударила его ногой в живот. Олмонд скрючился, захрипел – веревка перехватила горло. Джил шагнула вбок, пнула под ребра – раз, другой. Олмонд выгнулся, заскреб по полу ногами, силясь подтянуть тело к колонне. Джил ударила его в пах и, когда Олмонд наконец хрипло вскрикнул, отступила, переводя дух.
Па-лотрашти корчился, сипло кашлял, щерил лошадиные зубы. Джон присел перед ним на корточки, и Олмонд посмотрел на сыщика с ненавистью. От наглой улыбки не осталось и следа.
– Драре, – произнес он и сплюнул. Вязкая слюна заблестела на подбородке. – Увилен киапоро…
– У тебя есть выбор, – сообщил Джон. – Продолжаешь болтать на своем говенном наречии – получаешь по яйцам. Либо нормально отвечаешь на вопросы, и по яйцам получать не будешь.
Олмонд снова закашлялся.
– Кто вы? – спросил он.
Джон покачал головой.
– Это я хотел спросить. Кто вы такие?
Олмонд попытался сесть прямо, но скривился от боли в боку.
– Мы – па-лотрашти. Вианно тран лотрашти берид-до Па…
– Энландрийский язык, говнюк, – напомнил Джон. – Ты на нем говоришь?
– Мы – последние из великого народа с острова Па, – хмуро произнес Олмонд.
– Последние? Сколько вас?
– Двадцать четыре.
– Где остальные? Что с ними стало?
Олмонд блеснул глазами.
– Землетрясение. Остров ушел под воду, почти все погибли. Спаслось двести тридцать душ. Это было давно.
Джон покивал. Что ж, Иматега оказался прав в своих предположениях.
– Как вы здесь оказались?
– Корабль, – буркнул Олмонд. – Мы построили корабль. Тран-ка Тарвем благословил его и повел на восток…
– Повел корабль? Великий Моллюск был с вами?
Олмонд недобро оскалился.
– Он вечно с нами, ищейка.
– Откуда у вас эликсир? – резко бросила Джил. – Старые запасы? От вашего бога? Сколько осталось?
Олмонд издал глумливый смешок:
– Мы сами его готовим. Ловим человечков. Разделываем. Загружаем сырье в машины. Машины дают эликсир. Для всего этого божественное вмешательство не нужно.
– Так, погоди, – перебил Джон. – Вы готовите валлитинар из людей?
– В Энландрии, – с отвращением сказал Олмонд, – получается самый негодный валлитинар, что я пробовал. Слабый, нестойкий. Пить надо помногу, действует всего пару дней. Даже из приканцев и то лучше выходило. Для настоящего валлитинара потребно брать одного из нас. Потомков Великого Моллюска.
Он гордо вскинул голову, но стукнулся затылком о колонну и зашипел от боли. Репейник украдкой взглянул на Джил. Русалка кусала губы. «Да, дела, – подумал Джон. – Нет, я, собственно, подозревал, что они не просто так жертвы приносят…»
– Что же вы, потомки Моллюска, друг друга не режете? – спросил Джон. – Вас же было – сколько? Двести тридцать? Расплодились бы, кидали жребий. У вас, я читал, это дело обычное.
– Спаслись только мужчины, умник, – презрительно бросил Олмонд. – А ваши, местные, женщины рожали от нас уродцев. Мы пытались разобраться, в чем дело, даже вскрывали брюхатых баб. Но ничего так и не выяснили. Из новорожденных младенцев валлитинар вообще не получалось сделать. На выходе – так, водичка.
Джил вдруг надвинулась на него и схватила за горло. Держала долго – Олмонд хрипел, давился, извивался всем телом. Джон не выдержал, встал и принялся отрывать ее руки от горла па-лотрашти. Сперва ничего не получалось. «Ну все уже, все, – бормотал Джон, – ну Джил, да хватит уже, задушишь, на хрен… Да Джил, мать твою так!» Наконец, она сдалась и позволила себя оттащить. Олмонд с визгом потянул воздух и принялся жутко кашлять.
Репейник отвел русалку в сторону.
– Не дури, – тихо сказал он. – Забыла, чему в Гильдии учат?
Девушка смотрела перед собой. Джон отступил на шаг, не сводя с нее глаз.
– Успокоилась? Нормально все?
Джил встряхнулась и заморгала.
– А? Да, нормально. Извини.
Джон похлопал ее по руке и вернулся к Олмонду. Тот все еще перхал. «Да, – подумал Джон отстраненно, – это тебе не мечом размахивать. Это тебе не из жезла по живым людям шмалять. Или девчонок в клозете бросать прирезанных. Джил, конечно, круто с ним обходится. Но, пожалуй, заслужил, паскудник этакий. Последний из великого народа. Потомок Моллюска…»
– Продолжим, – сказал Джон. – Значит, валлитинар делается из замученных людей. И что, для этого обязательно нужна ваша лаборатория?