– Давайте пистолет! – потребовал Мэллори-младший. Джон ухмыльнулся:
– Нет у меня пистолета, дружок.
– Что значит «нет»?! – проорал Найвел. – Вы же сыщик!
– Я его потерял, – заявил Джон. – Честно. Вот, смотри. – Он снова, как тогда перед стюардом, развел в стороны полы куртки. Найвел, страдальчески оскалясь, посмотрел.
– У нее, значит, есть! – показал на Джил. Джон засмеялся и покрутил головой.
– Я ж говорил, она вентор. Подмастерье, считай. Ей пушку рано, не заслужила еще.
– А-а, гребаный… – Найвел ткнул пальцем в капитана. – Вы! У вас сейф должен быть. С оружием. Не поверю, что нет. Живо!
Капитан сморщил лицо, будто собрался плакать.
– Ну! – крикнул Найвел. Капитан, оскальзываясь на покатом полу, прошел в угол, где сидела штурманша. Отстранил ее от простого деревянного, крашенного в красный цвет шкафа. Отпер ключом, достал винтовку.
– Сюда! – приказал Найвел. – Аккуратно!
Капитан, отставив руку, словно держал змею, протянул ему оружие. Найвел взял, перехватил за цевье. «Даже не проверил, заряжена ли, – отметил про себя Джон. – Щенок».
– Сто ре до земли! – напряженно закричал тот пилот, которого звали Амосом.
– Руль на подъем! – рявкнул капитан. Склонился над трубой. – Балласт в корму, балласт в корму! Взлетаем!
– Как это взлетаем?! – Найвел распахнул побелевшие глаза. – Вниз!
Капитан умоляюще сложил руки на груди.
– Добрый человек! Не губите! Если сейчас же вверх не пойдем – грохнемся к богам собачьим! Вы лучше берите лестницу и спускайтесь. Корабль еще минуту вниз идти будет, он же здоровый, у него же инерция… Прошу вас, заклинаю: спускайтесь, ниже никак нельзя…
У него кончился воздух, последние слова вышли хрипом. Найвел застонал, взмахнул ружьем и, подбежав к люку, пинком сбросил лестницу.
– Все стоят, никто не шевелится! – скомандовал он, ставя ногу на тонкую, неверную ступеньку. – Увижу, что кто-то лезет вниз, – стреляю в оболочку! Увижу, что режете веревку, – тоже стреляю!
«Стреляет он, – подумал Джон. – С лестницы. Вверх. Из ружья. Одной рукой – другой-то держаться надо… Хотя дирижабль большой, может, и попадет».
Найвел обвел взглядом рубку. Переступил, скрылся в люке по пояс; по грудь; исчез полностью. Капитан опустился на пол и снял фуражку. Седые волосы его торчали вихром.
– Боги мои, – сказал он. – Боги мои, боги…
Джон подобрался к люку и, стараясь особо не высовываться, одним глазом выглянул. Увидел лохматую макушку Найвела. Лестницу мотало, винтовка цеплялась стволом за ступени, но юноша не бросал оружия, а только лез все ниже и ниже. Ветер ревел Джону в лицо, вышибал слезу. Репейник спрятался за люк, чтобы Найвел не заметил: не ровен час, поднимет голову. Пальнет ведь. Нервы-то на пределе.
– Пятьдесят ре! – крикнул Амос. – Земля! Кэп…
– Машину! – зарыдала из своего угла штурманша. – Машину пускайте! Пропадем!
– Держи тангаж! – вскочил капитан. – Он машину сразу услышит! Услышит – стрелять начнет, дробь в шпангоут засадит – искра, и все! Держи-и!!
Джон еще раз выглянул. Земля неслась совсем близко, Найвел успел спуститься и казался черной мухой, повисшей на лестнице как на липучке. Тень его бежала по зеленой пустоши, весело подпрыгивая на кочках. «Разобьется, – отрешенно подумал Джон, следя за медленной неуклюжей мухой. – Слезть-то он слез, но спрыгнуть на такой скорости…»
Найвел вдруг бросил ружье, сжался в комок и уже через миг полетел кубарем по траве, исчезая из вида. Джон за одну долгую секунду вспомнил толстого Питтена – одышливого, с молящими глазами, – вспомнил Индюка Донахью с его яматской ширмой, вспомнил падающую хрустальную башню и осознал, что дело он провалил. Потому что Найвел Мэллори, незадачливый вор и безответственный сопляк, был сейчас на земле, а он, Джон Репейник, удалялся от него со скоростью полсотни лидов в час.
– Спрыгнул! Спрыгнул! – заорал капитан и схватился за трубу. – Машине полный ход! Полный ход! Балласт в корму! Качайте, ребята, выносите!
– Холера, – прорычал Джон. Он спустил ноги в люк, нашарил перекладину и, перебирая руками, как обезьяна, полез вниз. Ледяной ветер облепил его со всех сторон, задрал куртку, захлопал рубашкой как парусом. Вверху, в далеком конце гондолы – бух-бух-бух! – проснулась машина. Джон не глядя спускался. Лестница раскачивалась, завивалась винтом, словно он и впрямь лез по гигантской мушиной липучке. Кинул взгляд наверх: свинцовая туча дирижабля, на фоне ее – ступни Джил. Посмотрел вниз. Земля – быстрая, пестрая от скорости – летела уже прямо под ногами. «Сейчас, – подумал Джон. – Сейчас…» До земли оставалось меньше одного ре, но разрыв на глазах увеличивался: «Гордость Энландрии» набирала высоту. Лестницу болтало, шершавые, занозистые перекладины рвались из рук. Он вдруг вспомнил.