– Джи-ил!
– А?!
– Прыгнешь – беги! Не падай, беги-и!!
– Поняла-а!!
«Против хода, – пронеслось в голове. – Против хода прыгать… Или наоборот?» Времени не оставалось, он разжал пальцы.
Удар! Земля бьет под ноги. Бежать, бежать, бежать! Колени – как резина. Не выдержал, упал. Кувырок, удар, больно – ребра, голова. Земля вертится, вертится…
Все. Живой.
Он тут же подобрался и вскочил: кровь кипела. Небо и зеленая пустошь еще вертелись перед глазами дурной каруселью, но он увидел, как Джил слетает с лестницы и, приземлившись, красиво, неимоверно быстро бежит. Замедлилась, встала. Уперлась в колени, подняла голову: ищет.
– Эй! – заорал Джон и замахал руками. – Эге-гей!
Она сорвалась с места и побежала навстречу, едва ли не быстрей, чем когда прыгала. Джон тоже пошел к ней – на отбитых подкашивающихся ногах. Джил влетела в объятья, чуть не опрокинула. Посмотрела в лицо, засмеялась.
– Как мы, а? Джонни, как мы?
– Мы – да, – сказал он, улыбаясь, кажется, самой дурацкой улыбкой. – Мы ого-го!
Она обхватила его за шею и крепко поцеловала. Потом отпрянула.
– А этот где?
Джон заозирался. Первое, что он увидел, – была «Гордость Энландрии». Дирижабль, чуть подняв нос, уходил в небо, и с земли его движение казалось медленным, степенным. Качалась едва видная лестница, паутинками свисали с боков причальные тросы-гайдропы. Джон повернулся, отыскивая взглядом изломанный труп, сверток кровавых тряпок в траве. И очень удивился, потому что увидел вдалеке темную фигурку, неровно, но быстро шагавшую к хрустальному шпилю – высоченному, хрупкому, абсолютно неуместному посреди дикой пустоши.
– Стой! – что есть мочи завопил Джон. Они побежали. Фигурка оглянулась (или только так померещилось – до Найвела было около двух лидов) и припустила быстрей. Джон очень скоро выдохся, но продолжал из последних сил переставлять гудящие ноги, прижимая ладонь к боку. Запал прошел, все болело: и пятки, которыми он встретил землю, и растревоженные ребра, и зашибленная при падении голова. Джил вырвалась вперед, но потом стала беспокойно оборачиваться, вернулась. Подбежала к хромающему Джону, с тревогой заглянула в лицо.
– Ты чего? Ты не раненный?
– Не боись, – просипел Джон, – не помру… Догоняй скорей! Наручники с собой?
– Ага…
– Вот и закуй его, падлу, в наручники. Сразу не догадались… – Джон закашлялся и остановился, дыша ртом. – Мальчик… Бедненький… На койке лежал… Кх-ха, сука-вошь…
Джил кивнула, чувствительно сжала на прощание его плечо и побежала. Но Джон видел: черная фигурка была уже у подножия башни. Яркий белый огонек сверкал возле самой земли, валил густой химический дым. Найвел все-таки не бросил свою термитную шашку, донес до цели и теперь прожигал едким огнем дверь узловой камеры.
Джил неслась очень быстро. Ей оставалось сделать пару сотен ре, когда огонек погас и Мэллори-младший скрылся внутри. Джил рванулась вперед, на глазах сокращая расстояние до шпиля.
– Нет, нет, – произнес Джон. Он зашагал, потом побежал и принялся кричать: – Не-ет! Стой, назад, Джил, стой же ты, богов ради! Сто-ой!!!
Он кричал, и махал руками, и бежал, пытаясь ее нагнать, и у самой башни Джил наконец оглянулась. Повернула, хмурясь, назад – небыстрой трусцой, не понимая, досадуя на Джона, – а он все бежал, хрипя сорванным голосом и показывая на хрустальный купол. Они встретились. Джил открыла рот, намереваясь спросить, а может, даже выругаться, или еще что, но не успела, потому что началось полное дерьмо.
Сперва послышался гул, низкий, будто из самого сердца земли. Он рос и ширился, заполняя собой воздух, окутывая со всех сторон плотным звуковым одеялом. Джон крикнул – и не услышал себя. Джил прижалась к нему, закрыв уши руками. Налившись силой, гул вдруг стал делаться выше, пошел по нарастающей, как бесконечная сирена. Заломило череп, стиснуло грудь: звук пробирал до нутра. Джон обхватил Джил, тяжело, со всхлипами дыша, чувствуя, что еще немного – и гул разорвет их в клочья, раздробит кости, выпарит кровь…
Но тут все стихло, а еще через секунду башня взорвалась.
На месте купола распухло облако, из которого полезли во все стороны извилистые щупальца темноты. Они были похожи на черных лохматых змей толщиной с вековое дерево и длиной в полнеба. Одна из таких змей вонзилась в землю, и оттуда забил жирный фонтан цвета венозной крови. Джон потянул Джил за руку, они пустились наутек, а за их спинами что-то ревело, обрушивалось, стреляло. Джон мчался по трясущейся, словно желе, пустоши, каждую секунду ожидая смерти. Джил, спотыкаясь, бежала рядом. Глаза ее были крепко зажмурены.