– Это из Национальной библиотеки Твердыни, – сообщил он. – Работал у меня один эмигрант. Профессор, образованный человек, а занимался… – он сделал паузу, словно подыскивая слово, – поденщиной. Тогда, после войны, с материка бежало много людей. У них начался голод, думали, здесь преуспеют. А что здесь? Богиня умерла, в стране разруха. Ученые и вовсе оказались не у дел… Я нанял его садовником. Так вот, из всего имущества этот изгой взял с собой за границу только энциклопедию. Двадцать пять томов. Предлагал за бесценок. Мне жаль стало: ученый муж все-таки. Но книги-то хороши! В общем, договорились: он мне – книги, а я ему снял комнату в пригороде на первое время. Сейчас читает лекции в Дуббинге. До сих пор переписываемся.
Джон покивал. Что ж, меценат – это не только тот, кто вкладывает деньги в науку, но и тот, кто об этом много говорит. Кому охота быть анонимным благодетелем? Он еще раз присмотрелся к осыпавшимся золотым буквам на корешках, а когда повернулся, Хонна уже разлил чай по чашкам.
– Присаживайтесь, – предложил меценат. – Стоя лишь… – опять пауза, – приказчики беседы ведут.
Джон погрузился в кресло, сделал глоток и приготовился слушать. «Все-таки надо снять нормальную контору для встреч с клиентами, – подумал он мельком. – Не дело вот так шататься по чужим домам. Впрочем, нынешний заказчик – важная птица, вряд ли согласился бы куда-то ехать…»
Хонна, держа чашку, медленно сел напротив. Он не спешил пить, а только хмурился, ощупывая чашку, будто пытался найти трещину в фарфоре. Наконец, заговорил:
– История моя непростая. Начну вот с чего. Я человек, сочувствующий науке. Даже готовый на некоторые денежные траты, если таким образом можно… поспособствовать научному прогрессу. Абсолютно безвозмездно.
Он поднял брови, ожидая, что скажет сыщик. Джон сделал каменное лицо и кивнул, ожидая продолжения.
Хонна пригубил чай и поставил чашку на столик.
– Лет десять назад я созвал группу молодых ученых. Меня, видите ли, интересовали некоторые изыскания в области медицинской химии. Что то были за изыскания – сейчас неважно, да и объяснить будет трудновато.
«Чего там объяснять, – подумал Джон. – Старость подкатила, захотелось пожить подольше. Занялся поиском омолаживающего зелья. Или с потенцией были трудности, возжелал былой силы. А теперь рассказать-то неловко».
Вслух он ничего не произнес, а только кивнул еще раз.
– Они долго трудились, – говорил Хонна. – Я их не понукал, тем более что результаты были, м-м… впечатляющие. Средства потратил немалые, но результаты… да. Словом, у них начало получаться.
«Поди ж ты, – подумал Джон. – Получаться начало. Может, он поэтому таким здоровяком выглядит?»
– Ни в чем им не отказывал. Лабораторию устроил прямо здесь, на цокольном этаже. Вложил действительно серьезные деньги. Весы, анализаторы газов, вакуумные насосы, экстракторы… Да что там, всего не перечислишь. Пришлось брать лицензию – на холодильник, к примеру. Обычного ледника им не хватало, пришлось заказывать магический… (пауза) хладагент. Без лицензии владеть такой диковиной – преступление.
Джон снова кивнул.
– А три дня назад мои подопечные исчезли. Сбежали вместе с лабораторией.
– Как это – с лабораторией? – удивился Джон.
– Забрали приборы, – пояснил Хонна. – Ночью, как грабители. Прихожу с утра – а подвал пустой. Унесли все до последнего фильтра. Подозреваю, что добились наконец решительного успеха… и решили не отдавать мне конечный продукт.
Джон прочистил горло.
– Как я понимаю, мое дело – найти ученых и передать в ваши руки?
Хонна нахмурился.
– Прежде всего – приборы. И, конечно же, результаты опытов. Журналы, записи экспериментов, отчеты. Полагаю, смогу найти энтузиастов, которые завершат начатое. Прежним своим, гм… сотрудникам… я больше не доверяю. Так что главная цель – узнать, куда они увезли лабораторию.
Джон покачал головой.
– Это все очень любопытно, – сказал он, – но, чтобы найти лабораторию, надо найти людей. Боюсь, если вы не скажете, чем занимались ваши сотрудники, искать их будет весьма сложно.
Хонна долго молчал, задумчиво трогая подбородок.
– Нет, – ответил он наконец. – Сказать этого не могу. Видите ли, господин Джонован… Знание предмета исследований вам не поможет. Верней, поможет, но только в том случае, если воры попытаются кому-нибудь продать… то, что получилось. В таком случае они, разумеется, обнаружат себя, и вы сумеете взять след. Но они не будут ничего продавать. В этом я уверен. Больше того: уверен, что они постараются сохранить исследования в тайне.