Глава 7
Слова Старого человека «Ну, вот и все. Я ответил на все вопросы» заставили мистера Телли слегка вздрогнуть.
М-р Телли немного помялся, пошаркал ногами, нарисовал еще парочку завитушек и, наконец, сказал: «Послушайте! Почему бы вам не постелить на пол ковры? Здесь чертовски холодно. Ковры можно купить и по дешевке. Я даже могу указать местечко, где их продают совсем недорого».
Старый человек, фыркнув, ответил: «Но я же вам все время толкую, что не привык к роскоши и потому ковры меня не интересуют».
Еще немного помявшись, мистер Телли сказал: «Нам бы еще надо привезти сюда бригаду телевизионщиков и сделать о вас небольшой фильм. Все хотят увидеть вас на экранах».
Старый человек чуть не подпрыгнул в постели от гнева. «Ну, нет, никакого телевидения. Меня не интересует ни этот дурацкий ящик, ни те болваны, которые его смотрят. По-моему, худшим из зол нашего времени после Прессы является телевидение. Показывая красоты шикарной жизни, оно не вызывает у людей ничего, кроме глухого раздражения».
Мистер Телли предложил: «Ну, тогда я бы принес свою кинокамеру, подсветку и магнитофон, а вы скажете несколько слов — всего несколько. Даже эта малость очень мне пригодится, а вам не доставит никаких неудобств».
Старый человек призадумался, — вся эта затея стала нравиться ему еще меньше. Классический случай, когда дай человеку палец, а он отхватит всю руку. Но наконец он сказал: «Ладно, при условии, что вы придете один, можете принести кинокамеру и магнитофон, но имейте в виду: если вы приведете с собой компанию телевизионщиков, вам даже дверь не откроют».
На другой день, со свистом вспарывая воздух, к дому лихо подкатил мощный автомобиль мистера Телли. Пару минут спустя в бетонном коридоре послышались его торопливые шаги и наконец явился он сам с раскрасневшейся физиономией, с ног до головы увешанный видео и кинокамерами, осветительными приборами и с магнитофоном в руках. «Вот и я, вот и я», — воскликнул он, подчеркивая и без того печальную очевидность.
С завидным умением и ловкостью он разместил свет, установил съемочную аппаратуру и включил магнитофон, походя не то на мифического человека-оркестр, не то на однорукого жонглера. Едва вспыхнула яркая подсветка, как тотчас явилась мисс Клеопатра и уселась рядом со Старым человеком, чтобы тоже попасть в кадр. После успешного кинодебюта мисс Клеопатры в комнату внесли Толстушку Тадди, ибо Толстушка Тадди не любит ни съемок, ни вообще каких-либо нарушений привычного распорядка, состоящего из чередования еды и отдыха. Однако и ей пришлось явиться, чтобы поучаствовать в съемках.
Старый человек произнес несколько слов по-английски, мистер Телли, наконец, столь же стремительно бросился прочь — он вообще всегда носился, словно реактивный самолет, — и после недолгой сумятицы в доме воцарился долгожданный покой.
Впоследствии этот фильм был показан по франкоязычному телевидению. И снова ничтожная кучка людей не поскупилась на злые слова. На имя мистера Телли и Старого человека потоками хлынула почта, которая на 99,9 % состояла из доброжелательных, заинтересованных писем. И только один или двое узколобых типов попытались мутить воду, ибо Старый человек выступал по-английски. Если он не говорит по-французски, заявили они, то и по французскому телевидению его незачем показывать.
Какая жалость, что все эти французские канадцы так цепляются за свой язык. Даже занимаясь бизнесом и пытаясь вести дела с Соединенными Штатами и другими странами, они непременно требуют, чтобы американские и другие иностранные фирмы общались с ними только по-французски. По моему личному мнению, французский язык в Канаде должен быть исключен из сферы бизнеса и сохраняться только ради удовольствия тех немногих, кто предпочитает говорить по-французски. На мой взгляд, всякий канадец должен быть прежде и превыше всего канадцем и общаться на основном языке этой страны, то есть английском, а не играть игры с псевдолингвистикой. Говорю без обиняков, что не испытываю никакой симпатии к французским канадцам, к их чрезвычайно агрессивным взглядам и постоянному выпячиванию себя вперед без оглядки на права и чувства других людей.
А обстановка все усложнялась. Всякий раз при выходе из дома Старому человеку казалось, что за каждым столбом притаился в засаде репортер. Число непрошеных визитеров под самыми невероятными предлогами все возрастало, и каждый во что бы то ни стало жаждал лицезреть Лобсанга Рампу.