Для придания веса своим словам грозит кулаком, присовокупляя его еще и фирменным взглядом из-под нахмуренных бровей.
- Строго ты с ними. - Кладу ложку в опустевшую тарелку и тянусь за ругу. - Твоим надо тоже сказать про мебель, пусть идут выбирают. Как ужин подадут отправь их к старому складу.
- Я бы тоже там порылась. Нравилась мне тут одна ваза... в холле стояла, большая такая в синей цветочек, - задумчиво говорит Киара, жуя листик салата. - Поискать ее там что-ли?!
Еще один листик салата был зажеван ее зубами, а потянувшись за очередным, она вдруг замерла и хлопает себя по лбу, прежде чем сорваться с места и исчезнуть в кладовой.
Не менее удивленно ее побег отметили и повара, прекратившие ругаться, и рьяно занялись готовкой. Ножи застучали по стеклянным доскам, завибрировали столы от включенных на полную помощь измельчителей и взбивалок.
- Вот. - Хлопает конвертом по столу, у меня от неожиданности вилка падает из рук со звоном ударяется о тарелку. - Утром принесли, без марки и обратного адреса нет, значит через систематизатор не проходило.
Сердце скакануло к самому горлу, ладони прошибло морозом, скручивая пальцы.
Корреспонденцию, кроме любовных посланий, передающихся из рук в руки, здесь было принято отправлять по специальной системе фильтрующей ее по степени важности. Так письма-счета нам присылались в первую очередь, следом идут обязывающие пройти дополнительное обслуживание транспортного средства, либо послания для явки в суд и органы власти, самыми последними по важности приходили письма личной переписки.
А сортировалась она по данным от отправителя, указанным в верхнем правом углу, на моем же конверте этот угол не имел пометок. И марки для дачи ответа тоже не было.
- Позже открою, сейчас времени нет.
Смяла конверт, а хотелось кинуть на пол и потоптаться по нему. Чувствую ничего хорошего там не прочту, а после утреннего похода в магазин просто уверена в этом.
Если подруга и удивилась моей нерешительности, то виду не подала. Собирает пустые тарелки, отправляет их в помывочную машину и занимается кофемашиной.
Под звук молящихся зерен утекла в свои мысли. Хочется быстрее оказаться дома, обнюхать и облазить каждый его уголок, чтобы убедиться в его неприкосновенности, но в тоже время и страшно обнаружить иное.
Эскизы были только дома, на работу я их не носила и выходит кто-то смог ко мне прокинуть. Живи я в напичканном датчиками лофте такого можно было избежать, а небольшую студию под самой крышей легко взломать.
Мотаю головой. Пока рано думать о плохом, вот приду домой, а там посмотрим...
***
День подходит к концу, сыто накормленные гости клуба разбредаются кто-куда: одни нарастают жирком на мягких кроватях в просторных аппартаментах, другие, наоборот, идут разгонять его на поле для игры в кайрет - попросту гоняют довольно тяжелый мяч по зеленой траве утыканной низкими железными шайбочками, которые надо постараться обойти начиненным магнитами мячом. Довольные возгласы долетают до бассейна с резвящимися там детьми и их затянутыми в латексные купальники нянечками, родительницы предпочитают не портить макияж и устраиваются на лежаках.
Прохожу мимо, кивая на приветствия попутно интересуюсь все ли в порядке и не стоит ли повысить освещение. Слышу в ответ различные пожелания, мысленно помечаю те, которые стоит в будущем учесть, а что- то типа: не мешало бы избавиться от не так посмотревшей горничной или не слишком зеленой травы, которую стоило бы покрасить, пропускаю за ненадобностью.
Выдыхаю уже у стойки в холле. Тут тихо, журчит фонтанчик и дует прохладный воздух. Починил выходит охладитель.
Улыбка быстро сползает стоит вспомнить о забытых отчетах у Сиахара.
- Еще там?
Девушка за стойкой понимает о ком речь, но жмет плечами и выглядывает в окно.
- Навилета вроде нет. Должно быть улетел.
Звучит не очень убедительно, сама прилипаю к окну, чтобы убедиться. Площадка для навилетов заполнена почти полностью, свободные для парковки места светятся желтым, и они в самом центре. Среди черных, серых и матовых не выделяется красным пятном навилет нашего эвара. Наверно и правда улетел.
Кабинет встретчает тишиной с ароматом кожи, а вот морской запах успел выветриться. К темноте мои глаза привыкают быстро, пока эта особенность еще не канула в лету в след за угасающим пламенем и пространство до стола пересекаю без проблем. Новых синяков себе не набила. Папки с отчетами он бросил на краю стола, по разворошенным листам было видно, что попытки в них разобраться он делал. Тихо хмыкаю, прижимаю документы к груди и поворачиваюсь. Вибрация планшета оглушила и заставила подпрыгнуть от неожиданности. Лава ему под зад!