Пальцы начали стягивать с неё одежду — слой за слоем, я покрывал её тело поцелуями, гладил, ласкал, вбирая каждую её дрожь, каждый вздох. Её кожа была бархатистой, горячей, словно живая магия. Инфирия выгибалась навстречу моим прикосновениям, а когда я сорвал с себя рубашку, был уже на грани.
Передо мной сидел обнажённый огненный ангел, её глаза сияли восхищением и страстью, а волосы, рассыпавшиеся по плечам, пылали, словно закат.
Я буду боготворить её. Охранять. Делать предложение снова и снова, пока не услышу заветное «да».
Опустившись на колени, я принялся ласкать её языком, дополняя движения пальцами, сжимая её бёдра, разогревая её до предела. Инфирия выгнулась, задыхаясь от нарастающего желания, её тело трепетало в предвкушении разрядки. Я хотел, чтобы в этот миг она видела только меня.
Сорвав с себя брюки, я вошёл в неё одним резким, глубоким движением, и едва сам не утратил контроль. Мы слились в одно целое — мощные толчки, обжигающие прикосновения, жар и голоса, сплетающиеся в единый ритм.
Она обвила меня сильнее, её тело напряглось, и я больше не хотел сдерживаться. Мы вместе достигли вершины, и я, задыхаясь, уткнулся лбом в её плечо, опираясь рукой о стол, чувствуя, как всё внутри меня пульсирует от переполняющих чувств.
Наше дыхание было прерывистым. В ушах гремела тишина, как после грома.
Я коснулся её губ с нежностью, которая рождалась в самом сердце. Она ответила на поцелуй спокойно, почти сонно, как будто всё встало на свои места.
Немного позже, приведя себя в порядок, я сопроводил её на завтрак, который уже давно перешёл в обед. Но это было неважно. Совсем неважно.
Оставив её наедине с трапезой, я поспешил в город. К ювелиру.
— Прости, владыка, но мне нужно немного больше времени. Я хочу, чтобы это кольцо получилось идеальным.
— Оно нужно мне уже! — я резко поставил на стол ещё один мешочек с золотом, следя за тем, как гном борется сам с собой и своими желаниями.
Он явно хотел взять золото. Но что-то его останавливало. Честь, гордость… а может, и нечто большее.
— Дело не в деньгах! — наконец не выдержал он. — Это кольцо вы будете видеть каждый день… ну, или почти. А ещё его увидят другие правители! Я хочу, чтобы оно вошло в историю. Я обязан сделать его великолепным!
— Сколько времени тебе ещё нужно? — рявкнул я, теряя терпение.
— Завтра к обеду… — пробормотал гном, косясь на меня исподлобья.
— Завтра к утру, иначе я не пощажу тебя. — Отрезав это, я разочарованно развернулся и вышел. Он знал, что я сдержу слово.
Настроение было не самым лучшим, но, возвращаясь в замок, я знал — там меня ждёт моя дикая роза. Мы разговаривали, спорили, тренировались, смеялись. Наслаждались моментами затишья и радовались той редкой возможности просто быть вместе.
В её взгляде не было сомнений. Её глаза сияли так же, как мои. Она меня любила.
Я был… счастлив.
На следующее утро я забрал кольцо — и, к удивлению, остался доволен результатом. Оно действительно было достойно Инфирии. Осталась лишь одна проблема: как преподнести его?
Вариантов было много, но ни один не казался мне подходящим. Пока, наконец, не появился идеальный повод — на следующий день моя бойкая возлюбленная пожелала размяться на арене. И тогда меня осенило: почему бы не сделать это там, где всё началось?
Я нашёл её в библиотеке. Взял за руку — она удивлённо вскинула бровь, но позволила себя увести.
Я начинал нервничать. Чтобы отвлечься, принялся отпускать шутки о ставках и о том, что проигравший варит обед. К счастью, она лишь рассмеялась — видимо, не заметила моего волнения.
Когда мы вошли на арену, я заметил, как её глаза на мгновение затуманились. Воспоминания. Те же самые, что нахлынули и на меня. Но она быстро собралась. Уверенно вышла в центр площадки, приняла боевую стойку и бросила мне вызывающий взгляд.
Я начал двигаться по кругу, словно выжидая момент. Увернулся от её первого выпада, затем легко коснулся плеча. И в этот момент понял — сосредоточиться на поединке просто невозможно.
— Знаешь… — начал я, продолжая двигаться. — Когда я впервые увидел тебя на этой арене, кружащей с Гарсоном, я был восхищён. Твоей смелостью. Дерзостью. Силой… — я усмехнулся. — А ещё… я ревновал. Очень. И мечтал оказаться на месте твоего противника. Особенно когда ты… оседлала его после победы.
Её глаза сверкнули — и то ли от удивления, то ли от предвкушения.
Пора.
Её внимание замедлилось, глаза на миг помутнели — правда, которую я только что произнёс, отвлекла её. Этим я и воспользовался. Подсечка — и Инфирия полетела вниз. Но я не дал ей удариться: поймал, мягко обняв за талию, удерживая на весу. Её тело было так близко, такое желанное, что я не удержался — завёл руки девушки над головой и зафиксировал, глядя в её вспыхнувшие глаза.