Пнув его ногой и вырвавшись из хватки, оттолкнула его руками. Несмотря на пьяное состояние, наемник быстро схватил за руку и попытался потянуть обратно. В этот момент я увидела его кулак, направляющийся ко мне, и зажмурилась, готовясь к удару. Но удара не последовало. Вместо этого его руку перехватил Заргос, и наемник, выкрикивая ругательства, отпустил меня. Молча кивнув главарю, я поспешила уйти. Сердце бешено колотилось, и я решила не возвращаться в тот зал, пока все не успокоятся.
Я провела в комнате, наверное, до полуночи, прежде чем решилась выйти в зал и привести его в порядок. Соседки, скорее всего, остались ночевать у мужчин, и я не ожидала встретить их. В зале было тихо, и я облегчённо выдохнула, обнаружив, что никого нет. Быстро забрала грязные тарелки и начала подметать осколки и остатки еды.
Вдруг за спиной раздался шум, и я резко обернулась. Меня пронзил сильный удар в челюсть, голова закружилась, а в ушах зазвенело. Я почувствовала, как меня схватили за руки и ноги. Часто моргая, чтобы прояснить зрение, увидела троих мужчин. Один из них был тот, кто недавно пытался ко мне приставать. Он усмехнулся, и я поняла, что его намерения не изменились.
“Сейчас ты научишься уважать мужчин”, — сказал он, продолжая насмехаться.
Страх мгновенно охватил меня, но я продолжала бороться. Силы противостояли моим попыткам, и один из мужчин начал разрывать моё платье. Я укусила его за руку. Он вскрикнул, отдернул её, но тут же влепил мне пощёчину. Боль разлилась по лицу, и всё вокруг помутнело. Платье стало рваться на глазах, я отчаянно сопротивлялась, но меня держали крепко.
Мужчины смеялись, а я всё пыталась вырваться. Один из них толкнул меня на пол, и я почувствовала, как сильная боль пронзила спину.
Именно в этот момент я заметила, как началась драка. Я не успела понять, кто вступился за меня. Утерев слезы рукой поняла. Это был Заргос. Он вырвал меня из рук наёмников, и они, ошарашенные, начали отступать.
Слабость накрыла меня, и я опустилась на пол. Боль от удара горела на щеке, а злость на свою беспомощность сжигала изнутри. Я понимала, что больше не хочу быть такой уязвимой. Нужно учиться защищать себя. Но в следующее мгновение усталость одолела меня, и я потеряла сознание.
Я очнулась на мягкой кровати, каждое движение отдавалось болью, будто мое тело пропустили через мясорубку. Вспомнив события перед тем, как я потеряла сознание, я резко села. Осмотревшись, поняла, что нахожусь не в своей комнате. Хуже того, я была полностью голой. Паника и страх моментально охватили меня, но прежде чем я успела что-то предпринять, дверь открылась, и в комнату вошел Заргос.
Он выглядел, как всегда, уверенно: черные волосы, холодный взгляд тёмных глаз, шрам, пересекающий лицо, и его неизменный облегающий костюм, увешанный клинками и ножами. На фоне всего происходящего его внезапное появление только усилило мою тревогу. Я потупила взгляд, не зная, что сказать, но он заговорил первым.
— Я не прикасался к тебе, — хрипло проговорил он, наблюдая за мной. — Только обработал раны. Ходил в твою комнату за одеждой. Вот, держи.
Он протянул мне аккуратно сложенный свёрток.
— Спасибо, — прошептала я хриплым голосом, принимая одежду. Потом, набравшись смелости, подняла голову и, стараясь говорить уверенно, выпалила: — Я хочу, чтобы ты научил меня своему ремеслу.
Он прищурился, его взгляд скользнул по мне, словно оценивая мои слова.
— Это будет дорого стоить, — проговорил он, наклонив голову и внимательно разглядывая меня.
— Я согласна на всё, лишь бы больше никогда не чувствовать себя так, как вчера! — выпалила я, с трудом сдерживая накатывающие эмоции. — Я хочу уметь защищать себя.
Его брови едва заметно поднялись, словно я удивила его. Затем он сделал шаг вперёд, сократив расстояние между нами.
— На всё? — повторил он, и прежде чем я успела ответить, его рука скользнула к моему подбородку. Он осторожно, но настойчиво подтянул меня ближе, и я почувствовала его горячее дыхание. Его губы накрыли мои.
Я замерла, ошеломлённая. В голове билась мысль: Только что я избежала одних проблем, и тут же сталкиваюсь с другими. Он был спасителем моей жизни, но это не оправдывало его действий. Я растерялась, не понимая, что делать. Оттолкнуть его? Позволить?
Он прикусил мою нижнюю губу, а затем отступил на несколько сантиметров, глядя мне прямо в глаза.
— Я хочу тебя. Добровольно, — произнёс он с хрипотцой, а его взгляд потемнел, казалось, ещё сильнее.