Продвигаясь вперед, я наконец добралась до края и, закинув ногу наверх, подтянулась. Вывалилась наружу, тяжело дыша.
Темно.
Сестра предупреждала, что так в этом мире выглядит ночь. Двигаться дальше я не видела смысла, поэтому осталась лежать на безопасном месте, дожидаясь появления луны. Точнее — лун.
Развалившись на своем плаще, я задумалась.
Как мне добраться до нужного места? Где мой спутник, Намтар?
Я надеялась, что этот умный конь сам отыщет меня и укажет верный путь.
Спать в такой обстановке было невозможно. В голову нахально врывались непрошеные мысли.
Заргос…
Сердце болезненно сжалось.
Конечно, то, что он напал на мою сестру и использовал яд, не играло в его пользу. Но теперь он мертв.
Когда все только произошло, я была уверена в правильности своего решения. А сейчас?
Прошло столько событий, столько эмоций… Я уже не знала, действительно ли любила его.
Способна ли я вообще любить?
Что такое эта любовь?
Смотря на сестру, я понимала, что она безоговорочно верит Дору, готова пожертвовать собой ради него. Они всегда находят, о чем поговорить, и никогда не скучают в обществе друг друга.
Это любовь?
Мои родители… Воспоминания о них уже поблекли, но я уверена, что они тоже доверяли друг другу и были готовы на жертвы.
Я легко могла представить, как жертвую своей жизнью ради Иссы. Но ради мужчины?
Я не знала. И если у меня нет ответа — значит, я не любила Заргоса.
Он был мне дорог. Человеком, который принимал меня такой, какая я есть. А еще он, как оказалось, любил. Пусть и по-своему.
Мир начал светлеть — если это можно было назвать светом. Вокруг вырисовывались силуэты камней и редкой растительности.
Вдруг в спину мне ткнулось что-то твердое.
Я мгновенно среагировала: сгруппировалась, сделала переворот вперед, выдернула кинжал, готовая к бою.
Сердце бешено колотилось, но моим «врагом» оказался… Намтар.
Из груди вырвался нервный смешок.
Я оперлась руками о колени и принялась смеяться. Кажется, все произошедшее сказалось на мне сильнее, чем я думала.
Но видеть эту наглую морду, довольную тем, что напугала меня, — было чертовски приятно.
Поднявшись, я крепко обняла его за шею и чмокнула в лоб.
Вокруг становилось все светлее. Я подняла голову к небу — и на мгновение задержала дыхание.
Мириады звезд рассыпались по темно-синему покрывалу ночи. Две луны.
Одна привычная, как в моем мире.
А другая…
Кроваво-алая, завораживающая, как само пламя.
Я с восхищением смотрела на нее, пока не опустила взгляд — и моя легкая улыбка медленно угасла.
Пустошь.
Редкие, безлиственные деревья.
Скалистая земля, изрезанная глубокими трещинами.
Если это и есть весь ландшафт Тенебриса, то его жителям можно только посочувствовать.
Взобравшись на спину Намтара, я направила его вперед.
Пейзаж был однообразным, поэтому вскоре я вновь провалилась в свои размышления.
Исса, наверное, переживает…
Как только я подумала о сестре, рубиновый кулон на шее отозвался теплым импульсом.
Я сжала его в ладони и услышала встревоженный голос Иссы:
— Ты меня слышишь? С тобой все в порядке? Я пытаюсь достучаться до тебя уже не первый раз!
Брови взметнулись вверх. Не первый раз?
Но я ничего не чувствовала.
Чтобы не волновать Иссу еще больше, я поспешила ответить:
— Да! Со мной все хорошо. Я на Тенебрисе, направляюсь к замку твоего Архидемона.
— Он вовсе не мой! — засопела сестра.
Я ехидно улыбнулась. А мог бы быть.
— Как скажешь, — с нескрываемой улыбкой отозвалась я. Слышать голос родного человека было не только приятно, но и важно. — Как у вас дела?
— Суета. Люди в шоке от всего, что произошло за последние сутки. Камарис делает вид, что держится, но видно, что он разбит. Варегон отправил отряд, чтобы убедиться, что Виланы больше нет в нашем мире. Её семью взяли под стражу, но, думаю, ей на них плевать.
— И что планирует делать моя правительница?
— Постараюсь как можно быстрее разобраться с государственными делами. Нужно многое обсудить с Варегоном и возобновить тренировки. Дор уже нашёл мне наставника, который займётся моей магией. Благодаря тебе я не безнадёжна.
— Ты никогда не была безнадёжной. Как только обустроюсь, свяжусь с тобой.
— Буду ждать.
Связь прервалась.
На горизонте начал вырисовываться гигантский разлом в земле. Я прищурилась, пытаясь рассмотреть его лучше. Чем ближе мы подъезжали, тем медленнее двигался мой конь, позволяя мне изучить окружение.