Мысли снова свернули к ней. Отрицать было глупо — она манила меня. Но одновременно я ее опасался. Инфирия не просто смазливая мордашка. Она — та, кого уважаешь, даже если не хочешь.
Мои зубы стиснулись. Она слишком сильно напоминала мне Розарию. Не только внешне, но и характером.
Я прикрыл глаза, глубже вдыхая воздух.
Я все еще скучал.
Дверь в стойло открылась, и я наконец увидел Намтара.
Моего.
Подойдя ближе, я хлопнул зверя по мощной шее, провел рукой за ухом. Намтар одобрительно фыркнул и боднул меня в плечо.
Вскоре мы уже пересекли границу замка. Я вскочил в седло, и скакун рванул вперед.
Тенебрис — земля жара. Источники с лавой нагревают воздух, создавая удушливый зной, но далеко на севере есть горы, вершины которых укрыты снегом. Я ни разу там не был. Всегда находились дела важнее. Но вдруг подумал, что однажды стоит увидеть их своими глазами.
Ветер хлестал в лицо. Я мог бы преодолеть расстояние на крыльях, но… никто, кроме Лоррет и Рагнафара, не знал, что из-за старой раны я не могу долго летать.
Рагнафар…
Когда я убил своего отца, он первым заявил, что будет на моей стороне. Что не позволит никому напасть на меня. Тогда я был ему признателен. А потом начались попытки сблизить меня с Лилит. Они раздражали. Наши отношения стали натянутыми.
Яркое пятно на горизонте.
Лилит.
Она знала, что мне нравится красный цвет, и всегда носила алое.
Это раздражало.
Точно так же, как ее попытки очаровать меня.
Но она — пустая.
Ее волновали только золото, наряды и власть.
Приблизившись на достаточное расстояние, я спрыгнул с Намтара, и, сделав несколько шагов, оказался рядом с Лилит. Она была красива — черные волосы гладкой волной струились по телу, маня прикоснуться, ореховые глаза затягивали в свой омут, а фарфоровая кожа казалась безупречной. Но ее достоинства заканчивались на внешности.
— Соскучился? — на ее губах мелькнула коварная ухмылка.
— Я здесь не за этим, — отрезал.
— Какой ты… Как с другими миловаться — так пожалуйста, а со мной вдруг черствый!
— Почему твой отец пошел войной на Лукариона?
— Вот у него и спроси! — огрызнулась демонесса, раздраженно вскинув подбородок. — Власть, влияние… Он давно их жаждет. Как и нашего с тобой брака.
— Между нами ничего не может быть.
— Почему? Я люблю тебя с самого детства!
— Не обманывай себя. Ты просто хочешь вырваться из-под его власти, но при этом не потерять свое положение. Поэтому и выбрала меня.
— Если бы так, я могла бы пойти к другим владыкам, но не делаю этого. Не наводит на мысли?
— В любом случае, мне никто не нужен. Ты сама видела — со мной ничего серьезного не построишь.
Лилит молчала, пристально разглядывая меня. Затем я почувствовал легкое вмешательство в сознание. Образы вспыхнули слишком ярко: я прижимаю ее к лестнице, целую, ее тело плавится в моих руках, она обвивает мои бедра ногами, а потом я несу ее наверх… Все настолько правдоподобно, что я невольно удивился. Неужели она действительно развила свои способности?
— Неплохие иллюзии, — я усмехнулся, глядя ей в глаза. — Не знай я о твоем даре, мог бы и поверить. Но я-то точно знаю, что между нами этого не было. И не будет.
— Почему? — ее голос стал тише, но в нем слышалась расчетливая мягкость. — Даже твоя рыжеволосая игрушка поверила. Подкрепила образы своей силой… неосознанно. Значит, у нас может быть такое будущее. Вдруг между нами возможна любовь?
Это слово ударило по нервам.
Любовь.
Она не приносит ничего, кроме страданий. Моя мать погибла из-за любви. А я до сих пор не могу ее забыть. Я был зол. И одинок.
— Ты понятия не имеешь, что это такое, — голос сорвался на хриплый рык. — Твой отец выстилает кровавый путь к власти, твоя мать сошла с ума, и ты все равно говоришь о любви?!
— Не тебе меня судить, Азраэль, — в голосе Лилит зазвенел яд. — Ты убил собственного отца. А еще я слышала, что он убил твою мать из-за того, что она спуталась с каким-то магом. Вот почему ты в последнее время так любишь магичек? Хочешь ощутить то, что чувствовала она?
Она играла с огнем.
Мое терпение лопнуло. Я резко схватил ее за горло и прижал к стволу высохшего дерева. Глаза полыхнули злостью, но Лилит лишь улыбнулась с болезненным азартом.
Я стиснул зубы, заставляя себя взять себя в руки. Вдохнул. Выдохнул. Потом убрал руку.
— Я здесь не для этого. Вилана у вас?