За дверью кипела жизнь. Кто-то точил клинки, кто-то тренировался, а кто-то громко смеялся за столом. Но как только мой спутник появлялся рядом, смех затихал, и все кивали ему с уважением.
Мужчина привёл меня вглубь постройки. Когда я почувствовала запах еды, поняла, что мы на кухне. Там несколько женщин занимались готовкой. Их уши были странными — длиннее человеческих, но меньше, чем у эльфов. Я видела эльфов раньше, на приёмах у отца, и спутать их было невозможно.
Одна из женщин повернулась к мужчине, выслушала его, затем бросила на меня взгляд. Мужчина ушёл, а она, подойдя ближе, осмотрела меня так, будто я была животным на ярмарке. Её взгляд задержался на моей спине, и она пробормотала что-то себе под нос. Потом, взяв меня за руку, увела в сторону.
Мы пришли в маленькую комнату с четырьмя кроватями и столом.
— Сиди здесь и жди, — велела она и ушла.
Я послушно осталась на месте, осматривая аскетичную обстановку. Через несколько минут она вернулась с тазом воды и тканью.
— Раздевайся, — приказала она.
Стиснув зубы, я подчинилась. Она начала очищать мою кожу от грязи, затем нанесла мазь на ожог, который я получила, когда горящая балка рухнула на меня. Шрам тянулся от левого плеча до середины спины.
— Я Сэла, — сказала она. — Ты теперь с нами. Здесь много таких, как я: детей магов и эльфов. Мы — нежеланные.
Так я узнала, что нахожусь в гильдии наёмников. Мужчина, спасший меня, оказался их главарём — Заргасом Каэмором. Настоящее это имя или нет, я так и не узнала. Здесь его все так называли.
Сначала я помогала на кухне, латала одежду, убирала. Женщин в гильдии было всего четверо: я, Сэла и ещё две девушки.
— Медитируешь? — мягкий голос Исетариэль вырвал меня из воспоминаний. — Может, сегодня потренируемся в помещении?
Я кивнула, опуская голову.
— У Дора усилилась магия, — продолжила сестра с лёгкой улыбкой. — Давай его тоже позовём?
Я сдержанно улыбнулась.
— Не возражаю.
Вернувшись в комнату, я быстро переоделась и направилась в тренировочный зал, где меня уже ждали Исса и Дорейвен. Их счастливые лица вызвали у меня неприятный ком в животе.
Любовь… Я не верила в неё. Всё, что я знала, — это иллюзия, самообман. Люди ищут выгоду, а не чувства. Единственное, что не поддаётся разрушению, — кровные узы. Исетариэль я доверяла безоговорочно.
Тренировка началась с простых упражнений. Я объясняла Дорейвену магические плетения, напоминала Иссе о защитных барьерах. Её сила поражала. Если её правильно направить, она станет грозным противником.
Глава 4
Каждый день мы посвящали усердным тренировкам. На свежем воздухе мы закаляли тело, а в залах сосредотачивались на развитии магии. Наблюдая за успехами Иссы, я чувствовала гордость и облегчение: она была в руках тех, кто мог научить её всему, что нужно. Вспоминать свои первые шаги в магии было болезненно. Тогда, потеряв всё, мне приходилось искать наставников втайне, и цена этого поиска была слишком высока.
Когда я попала в гильдию наемников, мне отвели роль прислуги. Копейки, которые я зарабатывала, позволяли едва сводить концы с концами, но это была крыша над головой и относительная безопасность. Однако моя магия оставалась заблокированной, словно ее придавила тяжесть трагедии. Всё изменилось в день, когда мне исполнился 21 год.
Тот день казался мне началом конца. Утро встретило меня ужасным самочувствием. Голова раскалывалась, грудь пылала огнем, словно внутри зажгли костер. Я пыталась бороться с этим состоянием травяной настойкой, но на этот раз она оказалась бесполезной. А ведь это был мой день рождения.
В тот день мне предстояло выполнить заказ: проникнуть в дом зажиточного человека и устранить его, не оставив следов. Платили щедро, и я не могла отказаться. Каждая монета имела значение. К вечеру боль в груди усилилась, но я стиснула зубы и отправилась на задание.
Тенью проскользнув в поместье, я с легкостью избегала встреч с немногочисленной прислугой, поднимаясь к верхним этажам. Головная боль была невыносима, дыхание перехватывало от жара, и мне пришлось остановиться, укрывшись в одной из комнат. Как оказалось, это был кабинет моей цели.
Вскоре до меня донеслись женские всхлипы и приглушенные мольбы. Ощущение дурноты усилилось, но я заставила себя сфокусироваться. Увиденное заставило мою кровь вскипеть: мужчина, которого я должна была убить, жестоко избивал молодую служанку. Ее платье было разорвано, волосы растрепаны, а глаза полны слез и ужаса.