Переход огня на смежные сооружения был предотвращен.
В тушении пожара принимали участие 19 отделений пожарных команд, пожарный пароход, три рукавных хода, отряд топорников пожарно-дегазационного взвода батальона МПВО. Подано 25 стволов.
Глава 14
В огне пожара екатерининский дворец
Значительную часть Екатерининского дворца немцы сожгли. В огне погибли знаменитая Растреллиевская трехсотметровая анфилада парадных залов. Погибла знаменитая антикамера зала ожидания, отделанная Растрелли. Разграблена изумительная по своей отделке дворцовая церковь — одно из лучших произведений Растрелли. При отступлении в январе 1944 года немецкие захватчики подготовили полное уничтожение того, что еще оставалось от Екатерининского дворца и примыкающих к нему зданий. С этой целью в нижнем этаже сохранившейся части дворца, а также под Камероновой галереей было заложено 11 больших авиабомб замедленного действия весом от одной до трех тонн.
Нюрнбергский процесс. Сборник материалов
Во втором часу ночи 1 февраля 1944 года на командном пункте штаба противопожарной службы города раздался тревожный звонок. Звонил телефон прямой связи Смольного. Дежурный по штабу Ленинградского фронта по линии войсковой связи получил сообщение о большом пожаре Екатерининского дворца в городе Пушкине, несколько дней назад оставленном фашистскими захватчиками. Военный Совет фронта просит пожарную охрану оказать возможную помощь и спасти дворец от полного уничтожения огнем.
А ведь только 27 января 1944 года торжественный салют из 324 орудий возвестил советскому народу и всему миру о великой победе под Ленинградом. Войска Ленинградского фронта взломали кольцо вражеского окружения и, с боями продвигаясь вперед, город за городом, село за селом освобождали их от врага. Но, отступая под ударами Советской Армии, фашисты оставляли после себя сплошные развалины. Разрушенные города, сожженные деревни, взорванные мосты и дороги. Страшную картину представляли собой уникальные исторические пригороды Ленинграда: Петергоф, Павловск, Гатчина. Разграблены, разорены, уничтожены всемирно известные дворцы и парки.
А теперь охвачен пламенем пожара созданный гением многих зодчих более 200 лет назад великолепный Екатерининский дворец в городе Пушкине.
Через пятнадцать минут после звонка из Смольного, сводный отряд в составе десяти команд, сформированных из самых квалифицированных экипажей, мчался к Пулковским высотам по Московскому шоссе. Руководство всей операцией было возложено на заместителя начальника управления пожарной охраны города и противопожарной службы МПВО подполковника Кончаева.
Он ехал впереди колонны в закамуфлированной, видавшей виды «эмке». На заднем сиденье расположился один из самых опытных офицеров пожарной службы Михаил Данилов. Прикрыв глаза, он, похоже, беззаботно отдыхал. Никогда, несмотря на самую сложную обстановку, никто не видел Данилова взволнованным или обеспокоенным. От него исходило уверенное спокойствие, всегда так нужное людям в опасности. И не было задачи по тушению самых сложных пожаров, которую он бы не решил.
За рулем оперативной машины Василий Гусаров — белокурый крепыш, бывший кузнец-молотобоец авторемонтных мастерских пожарной охраны. Лет десять назад Гусаров овладел профессией шофера и с тех пор не оставлял руля оперативного автомобиля одного из руководителей пожарной охраны города. Бывая в разных переделках с этим бесстрашным парнем, начальник штаба всегда удивлялся способности шофера водить машину, не снижая скорости в любых условиях, по любым разбитым дорогам. Вот и сейчас, в темную зимнюю ночь, он, чуть насупя брови, уверенно ведет машину, изредка поглядывая в зеркало заднего окна за следовавшей позади колонной.
От Средней Рогатки до насыпи Витебской железной дороги на протяжении трех километров тянулась территория когда-то богатого колхоза имени Тельмана, с цветниками перед домами и ухоженными плодовыми садами. Сейчас фары машины вырывают из темноты только остовы печных труб и фундаменты бывших жилых домов, напоминающие покрытия долговременных огневых точек. Перед Пулковской горой должен быть поворот по Нижнепулковскому шоссе, но оно закрыто. Все шоссе перекопано метровыми канавами через каждые сто метров, мосты взорваны. От располагавшихся вдоль шоссе поселков Подгорное Пулково, Большое Пулково и Большое Кузьмине не осталось и следа. Пулковская гора вся в воронках, оставленных нашими войсками блиндажах, землянках, окопах. На горе чернеют развалины знаменитой на весь мир Пулковской обсерватории. Навряд ли по всей линии Ленинградского фронта можно найти сооружение, на долю которого выпало бы такое количество вражеских бомб, артиллерийских снарядов, мин, пулеметных и автоматных очередей.
Киевское шоссе, куда свернула колонна, казалось, еще дышало той напряженной обстановкой боя, который тут происходил несколько дней назад. Сплошь воронки, кое-где еще дымящиеся блиндажи, дзоты. На переднем крае обороны фашистских войск окопы, ходы сообщений, огневые точки, все перепахано при артподготовке перед решительным наступлением советских войск. Чем дальше, тем больше следов войны. Не осталось даже остовов бывших домов, обычных стояков дымоходов на месте сгоревших изб. Дорога в ужасном состоянии, даже пришлось сбавить скорость движения. Легкая «эмка» без труда обходит рытвины и воронки, а каково тяжелым ЗИСам с полным комплектом пожарного снаряжения и боевыми расчетами экипажей.
Железнодорожные пути у станции Александровская разворочены, вздыблены, скручены. Справа остов когда-то бело-желтого величественного каменного здания вокзала. Между чудом сохранившимися вековыми дубами натянута проволока. На ней навешены листы кровельного железа, которыми фашисты маскировали свои позиции. У подъезда к вокзалу, на главной улице поселка и в прилегающих к ней переулках еще неубранные трупы гитлеровцев. Видимо, фашисты здесь держали оборону до последнего и были сметены огнем гвардейских «катюш».
Дорога чем дальше, тем тяжелее. Машина начальника штаба местами перебирается по бревенчатым настилам, сооруженным саперами через воронки и речные протоки. Настилы крепкие, боевые пожарные автомобили должны спокойно по ним проехать. Справа остается парк. Его трудно узнать, настолько поредел. Местами стоят деревья со срезанными артиллерийским огнем вершинами. Александровские ворота разбиты. Еловая аллея выводит на дорогу, лежащую между Екатерининским и Александровским парками. Вдали уже видно зарево большого пожара. Машина еле ползет, где же умение ездить по бездорожью Гусарова? Но вот впереди ажурные ворота, перекрывающие въезд в парадный двор, позади виден весь кортеж пожарных машин, по полукружию дороги автомобили подъезжают к арке Большого дворца. Через решетчатые ворота виден столб пламени в дальнем углу дворца, пламя вырывается из окон его северной части и местами поднимается через обрушившуюся кровлю.
Оставив часть боевых машин на Комсомольской улице, руководитель тушением пожара с остальными следует вдоль фасада дворца, протянувшегося на 300 метров. Его встречает начальник 31-й пушкинской пожарной команды Лисенков. Полушубок распахнут, каска откинута на затылок.
Заместитель начальника УПО несколько дней тому назад, сразу же после освобождения Пушкина от фашистов, сам отправлял эту команду, временно находившуюся в Ленинграде, к постоянному месту службы. Сам принимал и первые донесения Лисенкова о первых выездах на многочисленные очаги и о трудностях: водопровод бездействовал, кругом мины. Здание пушкинской пожарной команды разрушено авиабомбой и разграблено.
— Товарищ начальник, — не дождавшись, когда Кончаев выйдет из машины, начал докладывать Лисенков. — Горит второй этаж главного корпуса дворца, огонь перешел в Зубовский флигель, насос на озере, пытаюсь двумя стволами сдержать огонь на чердаке. Но в сторону Зубовского нет брандмауэра и огонь ушел на чердак.
— Понял. Укажите места установки прибывших насосов на озере. Осмотрю дворец, определю позиции стволов. Позже доложите, почему так поздно обнаружили пожар.