Нужно было действовать иначе.
Я мысленно досчитала до десяти, успокаивая кипящие внутри негодование и порывы яростной силы, и посмотрела на второго помощника управляющего.
– Господин Риччо, - мужчина поднял на меня взгляд, - передайте вашему нанимателю, что я согласна немного подождать, но продолжаю настаивать на том, чтобы наш разговор состоялся именно сегодня. Речь идет о королевском указе его величества Сильвестро Леони, верными подданными которого все мы являемся,так что в интересах лорда Сантьяри согласиться на встречу. Библиотека сейчас свободна?
– Да, миледи, – растерянно откликнулся один из клерков.
– Отлично, – не дав никому опомниться, прогoворила я. – Буду ждать лорда Сантьяри там. И распорядитесь подать мне кофе. Средняя обжарка, специи, одна ложка патоки. Благодарю.
И прежде чем кто-нибудь из служащих успел остановить меня, покинула приемную.
***
За шесть лет безраздельного властвования лорда Сантьяри библиотека, к счастью, не пострадала. Стройные ряды пожелтевших корешков стояли ровно на тех же полках, что и при моем отце, но нoвых изданий с тех пор так и не появилось. Коллекционирование редких книг было папиной страстью,и за долгие годы управления доками Кординны он успел собрать уникальную коллекцию раритетных рукописей и печатных изданий, посвященных картографии, мореходству, кораблестроению и созданию навигационных артефактов. Я всерьез беспокоилась, что кто-нибудь решит распродать редкие тома, некоторые из которых стоили целое состояние, но новый владелец не заинтересовался библиотекой,и книги уцелели, сохранившись до моего возвращения. Это не могло не радовать . Я собиралась продолжить дело отца во всех отношениях – включая пополнение пустых полок новыми трудами ученых и мореплавателей.
Помимо поднимающихся до самого потолка книжных шкафов, в комнате была устроена небольшая зона для чтения с камином, креслами и диваном. Но гораздо более удобным мне показался широкий письменный стол, установленный под высоким стрельчатым окном. Проигнорировав приличествующее леди место на низком диване перед кофейным столиком, я направилась туда.
Видеть библиотеку такой, какой всегда видел ее отец, сидеть на его стуле, касаться ладонями шершавой истертой столешницы было странно и непривычно. И вместе с тем, я чувствовала себя на своем законном месте. Я была именно там, где и надлежало находиться истинной Льед – на моей земле, в доках, выстроенных мозолистыми руками моих предков, в библиотеке, заботливо собранной моим отцом. Их горячая кровь текла во мне, даруя незримую поддержку.
Сейчас я нуждалась в ней как никогда.
Скрипнула, открываясь, дубовая дверь. На пороге библиотеки возникла служанка с подносом. Девушка растерянно взглянула на пустой диван и смущенно потупилась, обнаружив меня во главе хозяйского рабочего стола.
– Кофе для миледи, - пискнула она, ступая в комнату.
Но цепкая рука, ухватившая служанку под локоток, не позволила девушке сделать ни шага. Красно-зеленая смешанная энергия волной прокатилась пo комнате,избегая, впрочем,той половины, где устроилась я.
Лорд Сантьяри. На этот раз сoбственной персоной.
– Пустая трата времени, милочка, - проговорил он бархатным баритоном, обращаясь к служанке. – Миледи не успеет выпить кофе, потому что она уже уходит.
Девушка отступила назад, освобождая проход. Шаг – и управляющий предстал передо мной во всей красе. Как я и предполагала , лорд Сантьяри оказался типичным представителем северной иллирийской знати. Темнoволосый мужчина среднего возраста был одет по последней столичной моде, на мой взгляд, совершенно безвкусной – короткий зеленый камзол, плотные обтягивающие брюки, белая рубашка с пышным кружевным воротником, застегнутым под самое горло. Следование модным веяниям Ромилии в жаркую ниареттскую весну давалось лорду нелегко – на мощной шее и высоком лбу блестели мелкие бисеринки пота. Пальцы, унизанные перстнями с зелеными кристаллами, были мягкими и холеными. Чувствовалось, что эти руки никогда не знали настоящей работы. Под камзолом угадывалось начинающееся брюшко.
Губы лорда Сантьяри исказила надменная усмешка, смысл которой был ясен без лишних слов – дочь опального лорда, молодая выскочка, да ко всему прочему ещё и женщина, наивно решившая, что сможет вести дела наравне с мужчинами – и я, не стесняясь, ответила ему тем же. Мысленно сравнивая его с отцом, статным, широкоплечим, способным спустить на воду новый корабль, установить мачту или встать за штурвал – не говоря уж о создании и настройке высокоточных защитных и навигационных артефактов – я раз за разом убеждалась в никчемности ставленника лорда Морелли, назначенного для управления имуществом моей семьи. Франко Льеда уважали,им восхищались. Лорд Сантьяри не вызывал ни капли подобных чувств. Очередной напыщенный северный франт, умеющий только отдавать приказы и важно надувать щеки. Даже удивительно, как при таком управляющем я не обнаружила на месте отцовских докoв груду покосившихся развалин.