— Ответьте мне на один вопрос, галеций. В окружении естии когда-нибудь находилась полуорчанка с седыми, темно-серыми волосами?
— Насколько я помню, нет. С чего такой вопрос?
Слова мужчины я снова проигнорировала:
— Еще вопрос: в котором часу умерла естия?
— Я не знаю таких подробностей. — Куратор хмурился, не понимая, к чему я веду.
— И последнее. Естия носила под сердцем ребенка в день своей смерти?
На этот раз преподаватель думал над ответом долго. Чем больше минут утекало сквозь пальцы, тем спокойнее становилось у меня на душе, тем сильнее сам мужчина разочаровывался.
— Насколько я знаю, нет, — эта фраза прозвучала из его уст словно приговор, но мне принесла необъяснимое облегчение.
— Даже если мы похожи, как вы говорите, я просто не могу быть ее дочерью, галеций.
— Возможно, вы родственницы, — произнес он, теряя былую уверенность.
— Если это так, я обязательно это выясню. А теперь, с вашего позволения, приступим к занятиям.
— Как ты собираешься это выяснить?
Я не ответила, но на мужчину посмотрела многозначительно, всем своим видом давая понять, что разговор закончен. Было видно, что преподаватель расстроился: в его голове головоломка, придуманная им же, уже сложилась, но лично я была рада.
Обескураженность и ошеломление сменились спокойствием, бодростью духа и необъятным облегчением.
— Да ладно вам, куратор Вантерфул, — усмехнулась я, освобождая его кресло. — Уж вам-то точно не о чем расстраиваться. Так что там с нашими накопителями?
А с накопителями все было замечательно. Весь мешок галеций продал еще утром до того, как в Академии Проклятых начались занятия. Его друг предложил справедливую, по словам куратора, цену, но с условием, что мужчина добудет еще.
Я была настолько рада, что никак не могла скрыть улыбку, которая преподавателю совсем не нравилась. Он говорил со мной о важных, по его мнению, вещах — напоминал, что я могу наполнять накопители только в свободное время, и его совсем не устраивало выражение моего лица.
Я правда пыталась быть серьезной. Но меня хватило лишь до момента, пока передо мной не появились два мешочка: со звонкими монетами и пустыми накопителями.
— Твоя часть, — произнес мужчина и сам разулыбался.
Я ощущала себя ребенком, которому на “Снежный Цикл” вручили подарок. Только мой подарок оказался на удивление увесистым и…
— Это точно только моя доля? Вы свои потраченные забрали? А за плащ вычли?
— Все было вычтено. И стоимость новых накопителей в том числе.
— Тогда… Похоже, мне пора заводить счет в банке.
На этой оптимистичной ноте мы и начали занятия. Куратору не терпелось еще раз увидеть, как я подчиняю умертвие четвертого класса. По его словам, он всю ночь провел в своей библиотеке, разыскивая хоть один пример, когда кому-то удавалось сотворить подобное. Что удивляло, такой пример он нашел, но запись была сделана о маге, который жил четыре века назад.
Причем отзывы о нем современники оставляли самые что ни на есть негативные. Он хотел завоевать весь мир, но успел покорить только север, прежде чем скончался от отравления ядом. В числе подозреваемых, как ни странно, была его супруга.
Ну, я б на ее месте тоже избавилась от такого властителя. Он утопил ее земли в крови, убил ее мужа и насильно женился на ней. Королева Севера этого не простила.
Подсознательно я не желала вновь погружаться в то пограничное состояние, когда маг сливается со своим даром. Я боялась опять услышать чужой голос, увидеть эти странные глаза, но на этот раз к своим галлюцинациям отнеслась без страха.
Все те же три фразы, все тот же голос, все те же загадочные золотыеглаза. Откатившись назад, я подчинила хомяка и сама же развеяла плетение, стоило куратору кивнуть.
— Нет, ничего необычного. Давай еще раз.
Пока я направляла импульсы, снимая защиту и зачитывая заклинание подчинения, галеций Вантерфул внимательно следил за моими действиями, пытаясь уловить нечто, что могло бы объяснить мой успех. Но секрета не было.
Вновь направив импульсы, я повторила все, что уже делала. Граница была пройдена, но на этот раз я ничего не услышала. Даже вездесущие глаза не появились.
Это меня насторожило.
— Ты здесь? — спросила я мысленно.
Мой голос звучал только у меня в голове.
— Здесь, — ответили мне, и в этом голосе слышалась улыбка. — Соскучилась?
Откатилась в изначальное состояние я еще быстрее, чем в предыдущие разы. Протараторив заклинание скороговоркой, быстро подчинила хомяка и тут же отпустила.