Она не лгала, голубые глаза действительно сверкали, точно сапфиры. И это еще больше уверяло меня в том, что в зеркале кто-то другой.
— Как жаль, что я не увижу шока на лицах высокопоставленных драконов, — хихикнула Илария, скрывая грусть. Она не принадлежала к числу родовитых семей, её отец был простым горожанином. За какие-то заслуги Ингвар причислил его дочь к числу моих фрейлин. Отличный шанс для девушки, чтобы найти себе достойного мужа. Но сегодняшний прием был малочисленным. Только самые приближенные из числа лучших, как бы пафосно это ни звучало.
Я хотела обнадежить девушку, даже открыла рот, но в спальню вошел Ингвар, уже полностью готовый к выходу в свет. Интересно, где нашел одежду, если в комнату даже не заходил?
Ингвар не скрывал восхищения, рассматривая меня. И не обратил внимания на уход девушек из комнаты.
Щеки уже привычно горели огнем. Подавив неловкость, я все-таки произнесла:
— Ну что, идем?
Ингвар мотнул головой, не осознавая услышанного, потом потер лицо ладонями. Взгляд его снова вернулся ко мне.
— Мне кажется, там обойдутся без нас, — предположил он и сделал шаг вперед.
— Э, не-ет, — протянула я, отшатнувшись. Пришлось напомнить: — Нас там ждут. Все хотят на меня посмотреть.
Задумавшись, Ингвар ответил честно:
— Я не хочу, чтобы на тебя смотрели все. Только я, и никто больше.
Впервые за несколько часов я смогла рассмеяться. Судя по лицу Ингвара, говорил он от всего сердца.
— Ладно, Ингвар, признаюсь. Я тоже не хочу никуда идти. Но тебе ли не знать, то мы не всегда делаем то, что хотим.
Ингвар скривился, но возражать не стал. Я неловко положила ладонь на подставленную руку. Почему-то подумалось, что когда-нибудь это движение станет отточенным. Когда-нибудь… Когда мы станем крепкой супружеской парой, которая знает все привычки, страхи и слабости друг друга.
— Все будет хорошо, Агата, — постарался успокоить Ингвар. Вот только вышло неправдоподобно.
Хотелось бы, чтобы переход между коридорами длился вечность. Но слишком скоро мы оказались перед двойными высокими дверьми. Лакеи бесшумно их распахнули, и мы вошли в зал.
Нас никто не представлял и не объявлял, однако все сразу повернулись в нашу сторону.
Голова закружилась от стольких взглядов, и лишь поддержка Ингвара помогла устоять.
— Агата! Ингвар! — радостно поприветствовал Авенир, выйдя из толпы. Он шел к нам, распахнув руки и всем видом излучая доброжелательность.
Сначала вождь по-отечески поцеловал меня в лоб, потом похлопал Ингвара по плечу. Я приветливо улыбнулась, мысленно отметив, насколько хорош собой Авенир. Он уже выглядел старше всех собравшихся и действительно походил на отца Ингвара, а не на его ровесника. Но обаяние и природная красота делали свое дело, и даже выглядя на человеческие сорок лет, вождь драконов оставался привлекательным мужчиной.
Рядом с ним оказалась красивая женщина в пышном платье. Её светловолосую голову венчала изящная диадема с крупными бриллиантами. Не корона, но уже близко к ней. Как намек или обещание всем собравшимся.
— Вы, должно быть, Ирен, — с улыбкой обратилась я.
Фаворитка Авенира улыбнулась, но настолько фальшиво, что меня замутило.
— Здравствуй, милочка, — величественно кивнула она. Голос был пропитан ядом, но настолько искусным, что его никто не заметил, кроме меня. Или же просто драконы привыкли к такой манере, вот и не замечали очевидного. — Добро пожаловать в Драконьи горы.
Я благодарно улыбнулась, но прижалась ближе к Ингвару.
— Пойдемте, познакомим Агату с будущими подданными, — предложил Авенир. В сторону Ирен он не смотрел, но она проявила инициативу и сама взяла его под руку.
Мимо пронеслась череда молодых лиц. Я приветливо улыбалась, старалась вести себя как можно обаятельнее, однако получалось, наверное, из рук вон плохо. Ингвар или Авенир представляли мне драконов, и их имена вылетали из головы моментально.
Неудивительно, что уже через полчаса чувствовала себя выжатой, как лимон. Держалась из последних сил только ради Ингвара.
К нам подошел высокий широкоплечий мужчина. Мышцы бугрились под камзолом и, казалось, норовили порвать ткань. То, что дракон был чисто выбрит, не спасало его лицо от налета варварской мужественности. Звериный вид придавали крупный нос с горбинкой и старый шрам на лбу.