Взгляды скрестились на мне. Все внутри дрожало, словно желе, но я постаралась не показать этого.
— Зачем утруждать Ирен, когда я сама могу справиться? — твердо произнесла я.
Ингвар задумчиво хмыкнул, причем одновременно с моим отцом. Истер сложила руки в замок под подбородком и обратилась ко мне:
— При всем уважении, Агата, разве не стоит тебе заняться связью со своей парой?
— Довольно часто Ингвар уходит по делам, и я занимаюсь ерундой в покоях, — заметила я. — А так буду занята полезным делом.
Авенир нахмурил брови и мягко произнес:
— Ты можешь помогать Ирен. Нужно признать, что она отлично знает традиции драконов и сделает все так, чтобы мы не посрамились перед другими странами.
Щеки вспыхнули от отеческой снисходительности в голосе Авенира, но я продолжила настаивать:
— Помилуйте, у меня девять фрейлин, многие из которых принадлежат к знатным родам. Они направят меня, если понадобится. К тому же я хотела попросить присоединиться к нам Мастриду.
— И было бы уместно включить некоторые каринтийские традиции, — поддержал меня отец, смело смотря в глаза Авенира. — Все-таки невеста из другого государства. Наверняка Агата захочет внести детали, приемлемые для своей родины. Я могу оставить до свадьбы здесь своих дочерей, пусть поддержат сестру. Сам не смогу столько времени провести здесь, все-таки в Каринтии у меня есть работа.
Я благодарно кивнула отцу и открыла рот, чтобы продолжить доказывать свою позицию, но Ингвар не выдержал и твердо отрезал:
— Довольно, отец. Политическое событие или нет, но это все еще наша свадьба. Если невеста хочет сама заняться подготовкой — это её право. Мастрида, фрейлины и сестры помогут Агате.
Авенир не выглядел особо расстроенным. Пожав плечами, он сдался:
— Хорошо, скажу Ирен, что она освобождена от обязанностей.
Я победно улыбнулась, скрывая злорадное удовлетворение. Вредина внутри хотела лично сказать Ирен об отставке, но к словесной пикировке я пока не было готова. Пока мне хватало лишь одной мысли, что она разозлится.
8
О сказанных словах я пожалела уже на следующий день. Полночи мы просидели только семьей — я, сестры и отец. Даже Ингвар не стал возражать и ушел, оставив нас наедине. По комнатам мы разошлись только с рассветом, но поспать не удалось: совсем скоро несколько фрейлин растормошили меня, чтобы начать подготовку к свадьбе.
Завтрак и сборы прошли в спешке, уже через полчаса зашла Мастрида, и мы начали распределять обязанности между фрейлинами. Обсуждение вышло бурным, девушки проявили небывалый энтузиазм: они наперебой пытались выхватить желанную сферу ответственности. Мирабелла давно покорила меня своим музыкальным талантом, поэтому с легким сердцем мы с Мастридой доверили ей музыкальное сопровождение; Аврелии было поручено оформление пиршественного зала; Корделия сама вызвалась проследить за едой и напитками; и все в подобном ключе. Вскоре обязанности были распределены, перед фрейлинами сейчас стояла цель продумать идеи. Уже после того, как представленные варианты согласуются со мной и Мастридой, девушки должны были начать действовать.
На передышку я, конечно, зря надеялась. Сразу после того, как драконицы разбежались, в гостиную влетела портниха с помощницами. Одна из них бережно, точно величайшую драгоценность, держала лиф незаконченного платья, две другие — пышную белую юбку, чтобы та не волочилась по полу.
— Это только первоначальный вариант, — пояснила портниха, взмахом руки приказав своим помощницам повернуть модель так, чтобы мне и Мастриде было видно.
— Какая красота! — восхитилась Илария. Она и Серена остались, так как были ответственны за мой свадебный наряд.
Я придирчиво осмотрела платье. Пышное, с узким лифом и оборками на груди. Имитация на талии черного пояса, спускающегося вниз до самого пола, очень интересно смотрелась на белоснежной ткани. Илария права, платье изумительное. Но все равно… создавалось такое впечатление, что чего-то не хватало. Какой-то детали, что ли.
— Не знаю, не знаю… — пробормотала Мастрида, задумчиво постучав по подбородку пальцем. Я с ней была согласна. Может быть, когда увижу себя в зеркале, пойму, что не так.
Так и сделали. Со всеми мерами предосторожности я надела платье, боясь нечаянно дернуться и повредить нитки. Покрутившись у зеркала, осталась недовольна. Серена и Илария предусмотрительно молчали, но Мастрида не стеснялась высказывать свое мнение.