— Во всех смыслах и задачах это я, — закончила я за него. — Эш…
— Он собирается освободить меня, Сера. Как только это произойдет, призови Айри. — Черты его лица заострились, став более пустыми. Тени залегли у него под глазами, и этот шепот…
Это были голоса, которые доносились не с моего озера, а откуда-то еще.
Я скоро проснусь. Я не была готова. Я хотела остаться здесь.
— Ты понимаешь? — Взмолился Эш. — Обещай мне, что ты сделаешь это. Что ты расскажешь Колису правду, а затем призовешь Айри. Все, что вам нужно сделать, это позвать их. Они ответят.
— Я… я обещаю. — Замешательство усилилось, когда я сжала его запястья. — Но как я узнаю, что тебя освободили? Колис мог бы солгать мне. Он…
— Ты узнаешь. Поверьте мне. Он устроит из этого грандиозное шоу, — сказал Эш с легкой гримасой.
— То, что я собираюсь сказать дальше, не меняет того, что я говорил тебе раньше. — Туман закружился у него в глазах. — Ты храбрая, сильная и жизнерадостная. Тебе не нужен никто, чтобы сражаться в твоих битвах. Ты никогда этого не делала. Сейчас ты этого не делаешь.
Моя грудь быстро поднималась и опускалась, пока я слушала его.
— Но я буду сражаться за тебя. Я освобожу тебя. И если для этого мне придется опустошить все и вся в Далосе, то так тому и быть, — поклялся он, когда мое сердце заколотилось. — Ничто меня не остановит.
Если бы он это сделал, началась бы война.
— Эш…
Его рот накрыл мой в жестком, неистовом поцелуе, который сам по себе был своего рода клятвой. Я чувствовала это всем своим существом.
— Я ничто без тебя, лиесса, — прошептал он, начиная ускользать, и угли загудели у меня в груди. — И без тебя ничего не будет.
Я вздрогнула, проснувшись, и, как и в прошлый раз, когда мне приснился Эш, я не могла поверить, что это взаимодействие было ненастоящим.
Ощущение его присутствия. Его голос. Оставаясь с закрытыми глазами, я сделала глубокий вдох. Я все еще чувствовала запах моего озера и его, цитрусовый и свежий…
— Кто тебе снился?
Судорожно вздохнув при звуке голоса Колиса, я резко выпрямилась и чуть не врезалась в него.
Колис опустился на колени у дивана.
Сердце бешено колотилось, я прижала руку к груди. Благие боги, неужели он наблюдал за мной, пока я мечтала оказаться в объятиях Эша? Гнев и неверие слились воедино, образовав горючую смесь.
— Ты наблюдал, как я сплю? Снова?
Он нахмурил брови.
— Я вижу, осознание того, что я наблюдаю за тобой, все еще беспокоит тебя.
— Ни хрена себе, — огрызнулась я.
Его губы сжались, а по щекам заструились золотистые отблески.
— Ты хочешь знать, что вызывает большее беспокойство? Как тревожно и в то же время увлекательно наблюдать, как кто-то находит удовольствие во сне.
Находит удовольствие? Холод отвращения пробежал по мне, скривив верхнюю губу, когда закипел гнев.
— О чем ты вообще говоришь?
— Ты улыбалась, — сказал он. — Я видел, как у тебя перехватило дыхание.
Милостивые боги, как долго именно он наблюдал за мной?
— Так что не лги мне.
Либо этот мужчина абсолютно не представлял, как выглядят женщины, когда они испытывают удовольствие, либо он был не в своем уме.
— Я не…
Колис резко подался вперед, хлопнув ладонями по дивану. Он наклонился и глубоко вдохнул. Я напрягся.
Лже-король, нахмурившись, отступил назад.
— Горный воздух и цитрусовые.
Мое сердце, возможно, остановилось, когда я уставилась на него. Почувствовал ли он на мне запах Эша? Потому что для меня именно так пах Эш. Люблю свежий воздух и цитрусовые. Но это было невозможно, не так ли? Мысли сталкивались друг с другом, как корабли, которые швыряет в море. Как я могла пахнуть Эшем? Сон… Я не могла пахнуть так, как он, потому что он мне только снился.
— Я спрошу тебя еще раз, — сказал Колис, отрывая меня от моих мыслей. — Кто тебе снился?
О, огромная, безответственная и мелочная часть меня хотела выкрикнуть имя Эша в лицо Колису. Однако я знала, что это не так.
— Я не знаю. — Я напряглась, когда золотые искорки исчезли из его глаз, но все еще пульсировали под его плотью. — Я не помню своих снов. Я даже не знаю, о чем мне снилось.
Колис замолчал, а я надеялась, что годы моей лжи окупились.
Наконец, следы пожирателя замедлились в его плоти, а затем исчезли. Он качнулся назад и встал.
— Я… расстроил тебя.
Я ничего не сказала, вцепившись в край дивана. Его взгляд метнулся к моему горлу, где колотые раны были бледно-розового цвета.