Движения Колиса привлекли мое внимание. Он сел прямее, наклонив верхнюю часть тела вперед, слушая двух богов, которые приблизились к возвышению. Даккай исчез. Должно быть, в какой — то момент он куда-то запропастился. Я слушала недостаточно внимательно, чтобы разобрать имена богов. Мой разум был слишком поглощен мыслями о том, что я натворила. Меня не могло сильно волновать то, что они сделали. Все, что я знала, это то, что тот, кто сидел справа, был зол на того, кто сидел слева, из-за какого—/-то предполагаемого оскорбления.
— Что бы ты хотел, чтобы я сделал, Амаис? — спросил Колис.
— Я хочу, чтобы он был наказан, — потребовал тот, что справа, который, как я предположила, был Амаисом, на его сжатой руке сверкали кольца с драгоценными камнями. — Сеир оскорбил мою честь.
Другой закатил янтарные глаза, которые напомнили мне о других.
— Как будто еще осталась какая-то честь, которую можно оскорблять.
Несмотря на мой внутренний кризис, мои брови приподнялись.
Амаис развернулся к Сеиру, на кончиках его пальцев потрескивала кожа.
— Прекрати, — приказал Колис взмахом руки.
Раздувая ноздри, Амаис отступил назад и повернулась лицом к лже-королю.
— Ваше Величество величество, с ним нужно что-то делать.
— В чем именно заключалось это предполагаемое оскорбление? — Спросил Колис, постукивая пальцами по подлокотнику трона.
На котором ему не следовало сидеть.
— Это в высшей степени вопиюще, Ваше Величество, — сказал Амаис. — Он намекнул, что я мошенник.
Тупая боль пронзила мои виски, когда я перевела взгляд с одного бога на другого. Сеир был одет в коричневые бриджи и простую кремовую тунику. Между тем, Амаис напомнил мне одного из лордов островов Водина своим белоснежным одеянием и сверкающими драгоценными камнями пальцами.
— Мошенник в чем? — Колис нажал.
Амаис вздернул подбородок.
— Он обвинил меня в шулерстве при игре в карты.
— И что ты можешь сказать на это, Сеир?
Мои губы приоткрылись на вдохе. Было ли это на самом деле? Амаис был здесь, потому что другой обвинил его в мошенничестве при игре в карты, а Колис на самом деле развлекался этим? Ради богов, все это было так… смертельно. Неудивительно, что у меня разболелась голова.
— Он жульничал, — ответил Сеир, пожав плечами.
Руки Амаис сжались в кулаки.
— Я был твоим верным слугой с тех пор, как ты вознесся как Первозданный Жизни.
Я полагала, он имел в виду, что Колис убивал, чтобы стать Первозданным Жизни.
— Любое оскорбление, каким бы незначительным оно ни было, — продолжал Амаис. — Является оскорблением в адрес Вас, Ваше Величество.
Ну, это было преувеличением.
— Ты был верен мне, Амаис. Впечатляюще, — Колис откинулся назад, его внимание переключилось на колонны. Безымянный дракен, которого я видела ранее, и Ревенант, которого, как я подозревала, звали Дайз, теперь стояли рядом с Избранным в вуали. — Хотел бы я сказать то же самое о тебе, Сейр.
Мое внимание вернулось к богам передо мной. Сеир утратил свою непринужденную позу, и Амаис…
Этот бог теперь улыбался достаточно широко, чтобы показать клыки.
— Я тоже верный слуга. — Золотистая кожа Сеира частично утратила свой блеск.
— И все же вы не проявили к моему титулу того уважения, которого он заслуживает.
Это было неправдой. Сеир назвал его «Ваше Величество» и поклонился, приблизившись к возвышению. Он просто не повторял это каждые пять секунд, как это делала Амаис.
— Следовательно, ты должен стать напоминанием для всех, насколько неразумно подвергать сомнению твою преданность. — Пальцы Колиса перестали постукивать.
И это было все.
Ноги Сеира подогнулись, крепкие кости затрещали подобно грому. Его шея последовала примеру, сломавшись и заглушив крики боли еще до того, как они успели сорваться с его губ. Угли в моей груди запульсировали, когда бог рухнул на пол, все еще живой, но раненый.
— Повесьте его на стену, — приказал Колис.
— Благодарю вас, Ваше Величество. — Амаис поклонился. — Нет другого такого, как Вы.
Неверие затопило меня, когда два стражника вышли вперед, чтобы забрать Сеира, а Амаис с важным видом вышел из зала Совета. До тех пор я не двигалась с места, наконец повернувшись к Колису.
Почувствовав мой пристальный взгляд, он посмотрел на меня сверху вниз.
— Ты выглядишь недовольной.
Мне потребовалось мгновение, чтобы подобрать слова.