Кости? Моя губа скривилась, когда я снова заметила обесцвечивание золота.
Фу.
— Эти кости, когда ими пользуются как оружием, прокалывают даже кожу бога? Мертв. И из-за тлеющих углей, если я попытаюсь провести тебя через них, и ты порежешься? Мертв. Они могут даже погрузить Первозданного в многолетний стазис, — сказал он мне. — Никтос находится у них в таком же плену, как и ты, и его гораздо лучше охраняют.
Медленно я повернулся к нему лицом, и передо мной сформировался образ — оружие, которое было в руках Первозданного Охоты и Божественного Правосудия.
— Так вот из чего было сделано копье Ханана?
Он кивнул.
— Тогда, очевидно, кости Древних могут быть уничтожены, — сказал я.
— Только двумя Первозданными: Первозданным Жизни и Первозданным Смерти.
Здорово.
Я скрестила руки на груди.
— Но могут ли они убить Первозданного чем-то большим, чем просто несколькими тлеющими углями?
— Они могут убить неоперившегося Первозданного, в зависимости от того, куда их ударили, например, того, кто только что вышел из выбраковки. Они были бы восприимчивы к этому в течение многих лет, пока полностью не обуздали бы своего пожирателя. Но если какой-нибудь Первозданный вид, оперившийся или нет, будет пронзен костью, он останется недееспособным до тех пор, пока ее не удалят.
Что ж, это была первая полезная информация, которой он поделился. Но в последовавшие за этим мгновения молчания я поняла, что есть еще кое-что, что я хотела бы знать.
— Ты можешь?.. –
Вдохни.
У меня сдавило грудь.
Задержи.
. — Ты можешь сказать мне, как там Никтос?
— Тебе не понравится этот ответ, но я не могу. — Он проследил за коротким путем, который я проделывал перед диваном. — Я бы хотел, но я не видел его с тех пор, как отвел в камеру.
Он был прав. Мне не понравился ответ.
— Тогда он был в сознании?
— Нет, — тихо сказал он.
Вдохни.
Я крепко зажмурила глаза, борясь с нарастающей волной паники и беспомощности.
Задержи.
Уступка этому не помогла бы ни одному из нас.
Выдохни.
.
— Где находятся эти камеры?
— Это было то место, куда ты пыталась сбежать?
Я не ответила.
В этом не было необходимости.
Аттез устало вздохнул.
— Ты бы никогда не добралась туда, даже если бы тебе удалось освободиться. Я бы даже не смог доставить тебя туда и миновать установленные чары — по крайней мере, незамеченным.
— Где находятся эти камеры? — повторила я.
— Они находятся в Далосе, но далеко от города, — сказал он. — Они в Карцерах.
Несмотря на то, что я полагала, что Эша не держат в пределах досягаемости, разочарование все равно сильно ударило по мне.
— Карцеры? — спросила я хриплым голосом.
— К югу от Города Богов есть горный хребет, уступающий только горе Лото, — сказал он, говоря о дворе Эмбрис — Первозданной Мудрости, Верности и Долга. — Это и есть Карцеры.
Мою нижнюю губу обожгло, когда я прижала ее к верхней.
— Что…на что похожи Карцеры?
— Тебе лучше не знать.
Остановившись, я повернулась к нему лицом.
— Я хочу знать.
Что-то похожее на уважение промелькнуло на его лице.
— На что похожи тюрьмы для смертных?
— Они ужасны.
— Представь себе это, но гораздо, гораздо хуже, — сказал он, и холодок пробежал у меня по спине. — Я полагаю, что более неприступное место вы могли бы найти только в Бездне.
Боги.
Тяжесть в моей груди увеличилась, как будто на нее надавила невидимая рука.
–
Он там долго не пробудет.
, — напомнила я себе. Он этого не сделает. Я посмотрел на Аттеза, думая о своем ключе.
— Если бы я могла выбраться из этой клетки…
— Если бы ты смогла сбежать из этой клетки, я бы взял тебя, — в его глазах запульсировал гнев. — Я бы вытащил тебя отсюда и отвез в безопасное место.
Я не был уверена, могу ли я доверять этому.
— Но ты не мог бы отвезти меня к Никтосу, верно?
Его пристальный взгляд изучал мой.
— Я бы даже не стал рисковать, зная, что защита не подведет.
— Потому что тебя бы наказали?
— Я беспокоюсь не о себе, — ответил он. — Я бы больше беспокоился о том, что Колис сделает с тобой или Никтосом.
— Верно, — пробормотала я. Не было никакого смысла заручаться помощью Аттеза в моем побеге. Я также беспокоилась о том, что Колис сделает в отместку, как только поймет, что я ушла в попытке освободить Эша.