— «Где наш призрак? На физру пора»;
— «Позови наше „привидение“, его учитель искал».
Форма прозвища разная, но суть одна. Забавно даже.
***
Первое занятие с Ямамото прошло на той же неделе, через два дня после того, как договорились о занятиях. Одноклассник пришёл со своим скейтом, чему я был немного удивлён, но уже после короткой инструкции Ямамото начал осваивать правильную стойку на скейте и пытался прокатиться по прямой пару метров. Как и у любого новичка, получалось у него с переменным успехом. Однако ни разу не упасть на пятую точку — это действительно успех и неплохая заявка на то, что он быстро наберёт необходимый опыт для нормального катания, а потом и выполнения трюков с таким чувством баланса и достаточно развитым вестибулярным аппаратом.
Я, конечно, не стал ничего говорить Такеши, меньше знаешь — больше стремишься.
Сам я, когда только-только встал на скейт, падал с него чуть ли не каждый раз из-за своей природной неуклюжести. Спасибо Тетсуе-семпаю — помог мне с этой проблемой. Но скейт, пожалуй, единственное, с чего я больше не падаю. Подскользнуться на ровном месте или на лестнице — как за «здрасти», поэтому поднимаюсь по ступеням только со стороны перил, чтобы успеть схватиться, а не рисковать свернуть себе шею в конце лестничного пролёта из-за неудачного падения.
К «развлечениям» помимо изучения программирования, тренировок с Пламенем и времяпровождением в скейт-парке у меня ещё добавились регулярные спарринги с Хибари Кёей. Кстати, то, что его помимо школьников от мала до велика в придачу боялись все уличные хулиганы и местные якудза, это рассматривалось жителями Намимори как само собой разумеющееся. И никто точно не сможет сказать, когда это началось. Но бил Хибари-сан метко, больно и от всей своей широкой, педантичной, дисциплинированной души. Различия по гендерным признакам он делал, но так незаметно, что даже я со своей внимательностью заметил это только после того, как по одной причине мне приспичило наблюдать за ним. А именно я постоянно мониторил местность вокруг себя, чтобы в нужный момент успеть уклониться от внезапного нападения Кёи.
Это очень выматывало, потому что отследить перемещения этого блюстителя дисциплины можно было только по его эмоциям, и потому я всё время, находясь в школе, «мониторил» вокруг себя расстояние в радиусе десяти метров. Такая нагрузка была непривычной для меня, я сильно уставал морально: а ну-ка, попробуйте проводить через себя поток чужих эмоций тридцати-сорока человек одновременно. А сейчас весна — это вообще катастрофа! Слава Ками, что могу полностью блокировать хотя бы дар чтения мыслей. Так вот, периодически, на протяжении двадцати дней мониторинга школьной местности, каждый день чувствовал эмофон Хибари, правда, успевал я прятаться до того, как он увидит меня, не всегда.
Но возвращаясь к гендерным различиям. Если случалось, что кто-то из учениц нарушал правила на территории школы, то Кёя ограничивался только грозным видом. Но девчонки, хоть и знали, что грозный глава дисциплинарного комитета их не тронет, всё же старались правила, установленные им, выполнять. Максимум, что они могло служить наказанием от Хибари — выговор без посторонних ушей и письменная объяснительная от девушки, нарушевшей по какой-то причине правила. Это мне сообщила потом Хана из параллельного класса в ответ на мой вопрос.
Первый наш запланированный «спарринг», или точнее не спарринг, а «тренировка» случилась, когда я, никого не трогая, сидел себе на крыше, прислонившись спиной к зелёной сетке, которой была обнесена площадка по периметру. Сижу себе и сижу. Тут подходит Хибари и приказывает подниматься.
— Зачем? — да, за эти полтора месяца я уже перестал бояться одного его вида, поэтому позволяю себе спрашивать, что ему от меня надо, до того, как выполнить его «просьбу».
— Поднимайся, — спокойный голос, но тонфа уже в руках. Я тяжело вздохнул, понимая, что сейчас меня будут бить. И, конечно же, причину я так и не узнаю. Но после того, как мы встали друг напротив друга, Кёя меня сильно удивил. — Сегодня будет тренировка, — и подойдя ко мне, встал рядом на расстоянии вытянутой руки, устремив взгляд перед собой. — Завтра проверю, как усвоил объяснения.
Я круглыми глазами посмотрел на Хибари, задав самый глупый в данной ситуации вопрос.
— Почему? — обезличенный, но и без уточнений меня прекрасно поняли.