— Я тебя внимательно слушаю, — раздался совсем близко голос Хибари. Он сел напротив меня в ту же позу. Хм, неплохой психологический ход — знает прекрасно, что я с людьми схожусь, мягко говоря, не очень хорошо. Вот и пытается хоть как-то найти ко мне подход, хотя мы вроде как неплохо общаемся на почве регулярных «тренировок» на крыше школы.
Я внимательно посмотрел ему в глаза, попытавшись провести тот же трюк, который случайно вышел с Ямамото на скейт-площадке. Однако, ничего. Я вздохнул и усмехнулся.
— Хотелось бы сначала услышать твои догадки по поводу произошедшего.
— Чтобы потом не сболтнуть ничего лишнего? — ехидно отозвался Кёя. Я неопределённо пожал плечами. — А не наглеешь ли ты?
— Имею право, — на губах получилась немного кривая усмешка. Поиграли в гляделки.
— У тебя какая-то способность, позволяющая выслеживать людей на расстоянии, — смирился Кёя, понимая, что я не изменю своего решения, — причём, не только их местоположение, но и то, чем они заняты в данный момент времени. Как ты это делаешь?
Я выслушал это с непроницаемым выражением лица, с лёгкостью считывая его раздражённость из-за вынужденного мне «уступка». Но больше всего напрягал его слишком внимательный, напряжённый взгляд. Никогда не думал, что буду жалеть о том, что не могу прочесть чужие мысли. Отчего-то мне показалось, что сейчас будет что-то просто сногсшибательное. И интуиция не ошиблась.
— Знаешь, в тот раз, когда мы были с тобой на крыше, аккурат после твоей болезни, — начал он, а уже я понял, к чему он ведёт. Кёя усмехнулся, — вижу, что помнишь. Так вот, в тот день в школе совершенно никого не было. Но я почувствовал чьё-то сканирование… Пламенем.
Это о-очень напрягало, я призвал все свои силы не среагировать на его слова, чтобы не выдать себя ещё больше. Хотя то, что он в курсе о Пламени, говорит красноречиво и о многом.
— Подчеркну то, что в школе были только мы с тобой, — Хибари смотрел на меня с таким видом, словно я уже сознался во всём. Сделав короткую паузу, он добил меня фразой: — А из того, что ты не удивился мои словам, можно сделать вывод, что о Пламени Предсмертной Воли ты знаешь.
Чёрт! Слишком сосредоточился на другой проблеме! Теперь можно сказать, что меня поймали с поличным. Однако, как мне кажется, он ещё не до конца уверен в своих выводах о том, что Пламенем его сканировал именно я. Хотя кто знает, что у него на уме? Сейчас надо правильно подобрать слова. Отрицать очевидное не стоит — только разозлю. Значит…
— Ты поймал меня, — начал я вздохнув, — я умею читать мысли. Умею следить через мысли за людьми. Однако, не у всех подряд. И у моей способности есть ряд санкций.
Кёя молча сверлил меня взглядом, ожидая продолжения.
— Как минимум мысли двоих людей в этом городе мне не доступны.
— Что за «ряд санкций»? — не выдержал Хибари, когда я молчал дольше минуты.
— Головная боль прямопропорциональна времени использования «Слежки». И ворох ненужной информации как «бонус», — на последнем слове я усмехнулся, выражая так свои мысли о такого рода «бонусе».
Мы молчали уже минуты три. не знаю, что насчёт Хибари, а я прислушивался к интуиции. Стоит ли мне довериться ему чуть больше? Интуиция свернулась где-то в глубине сознания маленьким пушистым лисёнком, спрятав нос под хвостом, и молчала. Я даже удивился своей ассоциации.
Ну… Раз такое дело может тогда действительно стоит? Кто бы знал, как тяжело приходится с таким даром жить. Иногда просыпается желание рассказать кому-нибудь всё-всё, без купюр, чтобы просто выслушали и… возможно, пожалели. Хотя потом буквально следом же появляется злость на себя и на неизвестного, ещё ни о чём не знающего человека, который меня бы пожалел. В такие моменты приходит осознание, что я не хочу в отношении себя чувствовать от людей жалость.
Это довольно мерзопакостное чувство — был у меня как-то опыт его ощущения у какого-то прохожего, кинувшего жалостливый взгляд на грязного котёнка. Причём прохожий не остановился и не забрал его с собой, прошёл мимо. И уже меньше чем через минуту и думать забыл о кошке. Я тогда понял, что если кому-то пожалуюсь, то буду выглядеть в глазах других таким же котёнком, которого только и сделают, что пожалеют, но от этого никому легче или проще не будет.
Но Хибари не тот человек, который будет испытывать к кому-то из людей жалость. Самый минимум, безразличие или презрение. Но почему мне кажется, что я не увижу в его глазах ни того, ни другого в свой адрес? Хоть интуиция со мной сколько себя помню, но я всё ещё не привык ей беспрекословно доверять. На что эта зараза иногда обижается и молчит потом не меньше месяца. Вот как к такому выбрыку относиться? А ещё говорят, магии не существует…