— Есть ещё кое-что, — обратил я внимание Кёи на себя, он поднял на меня взгляд. Я расцепил замок и протянул руку в его сторону. — Дотронься до меня — хочу кое-что проверить.
Считав настороженность в эмофоне, я уверенно добавил: — После я всё объясню.
Помедлив, Кёя всё же протянул руку в ответ как в рукопожатии, и я прислушался к себе. В голове замелькали расплывчатые образы. Мутные настолько, что не понять даже по силуэту — что это или кто. Через пару минут я прервал контакт.
— Странно, — брови словно сами свелись к переносице. Всё-таки я мог прочитать Хибари, но очень нечётко. Он словно закрывается от меня. А может так и есть. Но теперь я уверен — в этом ему помогает его атрибут. Интересно.
— Что странно? — Кёя откинулся на спинку дивана. Я уловил в его эмофоне поднимающее голову раздражение и понял, что если буду тянуть дальше — меня размажут по полу. Я посмотрел прямо в глаза Хибари, ведомый лишь приоткрывшей свой глаз с вертикальным зрачком интуицией.
— Я могу считывать мысли и даже память посредством прикосновения к человеку, — и, прежде чем Кёя набросился бы на меня, я быстро выдохнул, лишь под конец речи чуть расслабившись: — но ты словно закрыт для меня. И меня сбивает это с толку. Твои мысли я не могу прочесть. А посредством прикосновения вижу лишь расплывчатые образы. Как ты от меня закрываешься?
— Пламенем, — последовал простой ответ, что я даже удивлённо моргнул. Не ожидал, что получу ответ на свой вопрос. И он это понял, вон сидит, усмехается. Одними глазами правда, зато в эмофоне веселье больше походит на довольство произведённым эффектом.
— А ещё ты эмпат, — огорошил меня Хибари, едва я считал у него мелькнувшее предвкушение, которое появляется перед тем, как собираешься чем-то удивить собеседника. Удивил. И сильно.
— В чего ты взял?
— С того, что ты действуешь, исходя из того, как я реагирую. Мои мысли ты не можешь прочесть, значит остаётся эмпатия, ведь внешне я ничем себя не выдавал. И то, что ты не начал сразу отпираться, говорит только в пользу того, что я прав.
Я тяжело вздохнул — меня подловили на реакции второй раз за последние полчаса. Расслабился что ли?
— Ты не ответил на вопрос о Пламени, — напомнил Кёя.
— Да, я знаю о нём и даже осознанно использую. Тебя ведь это интересовало?
— Не только, — я двинул бровью, молча спрашивая. На что он мне выдал свой вопрос: — Что ты помнишь о похищении семь лет назад?
Я не скрывая удивления уставился на него. О каком похищении он говорит?
— Ты не помнишь? — нахмурился Хибари. А в моей голове всплыли воспоминания о времени, когда я жил в лесу с дедушкой Талботом.
— «Тогда в определённых кругах прошли волнения, что был похищен наследник очень влиятельного клана… Говорили, что его подвергали опытам…» — вспомнилось мне.
— Значит тебе об этом рассказали? — я удивлённо посмотрел на Кёю. Оказалось, я проговорил эти слова вслух. — Только как-то странно рассказали.
— В смысле? — теперь моя очередь была хмуриться в непонимании. — Намекаешь, что… Этот «наследник» и есть я?
— Ты не знал?
— Нет, впервые слышу, — покачал я головой. Интересно эльфы пляшут… Но тут я насторожился, — а ты откуда знаешь?
— Отец сказал, — признался Кёя, помедлив перед этим, словно решал, откровенничать со мной или нет. В голове словно все мысли веником вымели — пустота. Но в то же время где-то в подсознании была такая каша, что и сам чёрт не разберётся.
— Твои способности — это ведь не всё? — проницательно спросил Кёя, вернув прежнюю тему разговора. Я не против — было над чем подумать, но лучше это сделать дома. На его вопрос лишь молча кивнул. Он был прав, я о многом умолчал, но откровенничать пока не буду.
— Не всё. Но я пока не готов настолько открыться.
— Ясно. Спасибо, что доверился, — мне со всей серьёзностью и искренностью кивнули. Я даже испытал что-то сродни облегчению. Кёя проницательно не стал давить на откровенность, за что ему спасибо. Мне и так было сложно. Хм, тут уж в пору заподозрить Хибари, что он тоже обладает эмпатией… Хотя чем чёрт не шутит?
— Ладно, пойду домой, — я потёр руки о штаны, в тишине, встав, просто вышел из кабинета и пошёл по тёмным коридорам, спрятав руки в карманах. Надо ещё зайти в класс за сумкой. В коридорах было непривычно темно. Только луна давала слабый свет сквозь окна.
Этот разговор дался мне легче, чем я себе надумывал. И мы точно ответили на вопросы друг друга. Как на заданные, так и оставшиеся не озвученными. Я даже перевыполнил «план». Но, думаю, это пойдёт только на пользу. Надеюсь.
А на следующее утро ко мне прицепился как банный лист, Сасагава Рёхей, который, по его словам, видел, как я вчера с не свойственным мне энтузиазмом мотался по школе, и упорно зазывал меня в свой клуб бокса, упирая на то, что во мне есть какой-то «экстрим». Я так и не понял в чём связь между бегом и боксом, но агитация была очень настойчивая. Мою психику спасал только звонок на урок и ещё у меня было немного времени на перемене, если я успевал удрать от Сасагавы, пока он меня не заметил. Невольно вспомнились времена, когда я также шифровался от Хибари. Даже понастольгировал чуть-чуть.
А один раз на этой неделе Кёя, наблюдая этот балаган, даже сжалился надо мной и разрешил перевести дух к его кабинете. Хотя в эмофоне явно полыхало раздражение от того, что мы с Сасагавой наводим беспорядок в школе. Видимо у меня был совсем замученный вид. И мне показалось или нет, но вроде как наше с Кёей общение после того разговора с большой натяжкой, но можно было назвать… дружбой? Вряд ли. Но доверие точно появилось.