Сама не понимая до конца зачем, я уже ехала по окружной дороге в направлении нашего старого дома в дачном посёлке «Тихий берег».
Глава 2
Решение принято!
Мерно урча мотором, мой Фордик доставил меня к заросшим деревянным воротам старого дома. Дальше ехать не представлялось возможным из-за метровых зарослей репейника и Иван-чая, вперемежку с крапивой, осокой и каким-то подозрительным скрипом калитки, грозившейся свалиться от ветра. Дом был последним на улице и проезд заканчивался тупиком, поэтому никто сюда не добирался ни с газонокосилкой, ни на автомобиле вот уже пару лет. К калитке вела каменная дорожка, также изрядно потерпевшая нашествие травы и забытья хозяев. Однако по ней можно было пройти к воротам даже в офисной обуви, что я и сделала. Отворив покосившуюся калитку, я прошла во дворик и глаза моментально заволокло слезами от нахлынувших эмоций – невероятная смесь ароматов, воспоминаний, звуков, даже вида кишащей какими-то жуками травы – всё это погрузило меня в отдельный мир, где не было места городским тревогам, гонке за деньгами и собственной значимостью. Как же здесь хорошо!... Тут мне в шею врезался огромный шмель, отлетел и, казалось, даже смешно погрозил мне лапкой, чтоб не стояла истуканом на его территории в своём нелепом офисном костюме и белых кедах. Вернувшись к реальности, я протопала к дому. Подёргав ожидаемо запертую дверь, я встала на носочки и заглянула в окно веранды, сжав ладони у глаз на манер подзорной трубы. И словно второй раз свалилась в озеро воспоминаний, только ещё глубже и радостнее! Сердце забилось сильнее, а улыбка невольно расплылась от увиденного: в углу всё так же был большой деревянный стол, засыпанный мухами и пылью, две скамейки с резными спинками и даже старый самовар, из которого мы всей семьёй любили пить чай в дождливую погоду, а в погожие дни выносили мебель на улицу и часами слушали дедушкины истории. На полу вязаный коврик, старый комод с открытыми полками, на которых сморщилась от времени обувь. На стенах картины в мелких трещинках лака, которые я с закрытыми глазами вспомню до мелочей, ещё несколько крючков со старой одеждой, припорошённой белой пылью. Кажется, что сейчас откроется дверь и бабушка позовёт обедать…
– Ты ещё кто? – раздалось за спиной совсем не бабушкиным голосом.
Я подскочила от неожиданности, хорошенько ударившись лбом о стекло окошка, развернулась и увидела парня в джинсовых шортах ниже колена и сомнительной чистоты футболке. Лицо его за минуту сменило несколько выражений, смешно играя бровями – от угрожающего до удивлённого.
– Я Юля. Это дом моей бабушки. А вы кто? – взяв себя в руки, продемонстрировала я воспитанность. Хотя испугалась так, что хоть вытирай подо мной.
– Ох, ничего себе… Не узнал тебя. Эээ… Вас. Я Иван. Колосов. У нас дом по соседству. А сюда моя собака убежала, вот ищу её, – пробормотал якобы сосед, озираясь вокруг.
Послышалось шевеление травы и из неё высунулась заросшая кудрявой белой шерстью собачья мордочка.
– Это Джон, – горделиво объявил Иван кличку собаки, уже обнюхивающей мои брюки мятного цвета, словно инопланетную невидаль. К слову, Джон выглядел вовсе не Джоном, скорее тянул на Шарика или Жучку, потому что имел курносый нос, возле которого налип репейник, косивший глаз и очень грязную курчавую шерсть.
– Будем знакомы! – я подалась вперёд и протянула руку, чтобы потрепать Джона по шее.