Джон пожал плечами.
– Никогда не знаешь. Лучше перестраховаться. — Он нажал кнопку вызова лифта, а затем вскинул на меня бровь. Как будто бросал мне гребаный вызов.
Не сводя с него взгляда, я вошла в лифт, когда двери открылись, и широко раскинула руки.
– По-моему, он выглядит пустым.
Он вошел вместе со мной, мгновенно высосав весь воздух из маленькой коробочки. Черт возьми, я уже хотела скакать на нем, как на своем личном пони, а мы все еще находились в общей зоне, где любой - в основном Хэнк или Нельсон - могли увидеть нас и получить травму на всю жизнь. Я не могла допустить, чтобы это было на моей совести. А если бы у них случился сердечный приступ?
– Кто был тот парень, с которым ты разговаривала в баре? – спросил Джон, когда лифт закрылся и начал подниматься. – Ты выглядела очень дружелюбной с ним.
В моей груди зародилось веселье.
– Похоже, ты ревнуешь.
Он нахмурил брови.
– А я должен?
Я улыбнулась, но не ответила. Его глаз дернулся от раздражения, когда он понял, что я делаю, и он упрямо сжал челюсть. Через мгновение двери открылись и я едва не задохнулась от свежего воздуха.
Джон ждал, пока я отпирала дверь, но я остановила его, положив руку ему на грудь.
– Этого достаточно, Казанова.
На его красивом лице промелькнуло замешательство, затем смирение.
– Понятно.
Я улыбнулась.
– Я так рада, что ты понимаешь.
– Нельсон дома? Я бы хотел сообщить ему, что ты вернулась. — Он наклонил лицо к двери моего соседа по коридору, но я покачала головой.
– У них с Хэнком сегодня вечером были рабочие дела, - сказала я ему. – Я была бы в шоке, если бы они уже вернулись. Хэнк любит веселиться.
Джон хмыкнул.
– Я мог бы это понять. Знаешь, когда я искал уборную, я готов поклясться, что видел Нельсона на кухне у Гримальди.
Смеясь, я сделала шаг назад в свою квартиру и схватилась за дверь, готова закрыть ее.
– Он бы ужаснулся, услышав это. Спокойной ночи, Джон.
– Подожди. – Он протянул руку и обхватил мою шею так, что у меня ослабли колени, а мои отговорки превратились в пыль фей. – Я знаю, что ты наказываешь меня за то, как я вел себя на этой неделе...
Мои глаза расширились от невинности.
– Правда?
– Забавно, - ответил он. – Ну, это вполне заслуженно. Но могу я пригласить тебя куда-нибудь завтра вечером?
Вот черт, этого я не ожидала. Я полагала, что он разозлится, когда поймет, что я не собираюсь его впускать, а потом снова будет вести себя как первостатейная свинья. А не пригласит меня на свидание.
– Эмм... – Я запнулась, запаниковав. – Я не уверена.
Его хватка на моей шее усилилась, пальцы откинули мою голову назад, и его губы впились в мои. Я растаяла, мой язык нашел его, когда он стал доминировать в поцелуе и вырвал воздух из моих легких. Черт, если бы на мне были трусики - а их не было, - они бы снова промокли.
– Как насчет сейчас? - спросил он хриплым голосом.
Я тяжело сглотнула, потом облизала губы. Какой там был вопрос? О. Свидание.
– Хорошо, - согласилась я задыхающимся шепотом. – Думаю, даже если бы я не согласилась, ты бы просто залез сюда, как сталкер.
Его смех согрел меня до глубины души.
– Я так рад, что мы понимаем друг друга, Трис.
Он снова поцеловал меня, на этот раз так, что я запылала от жара и засомневалась, стоит ли тащить его с собой в дом. К чертям собачьим, да?
Что я вообще хотела сказать?
– Спокойной ночи, мисс Айвз, - поддразнил он, отступая назад и нажимая кнопку вызова лифта, не отрывая от меня взгляда. Насмешливый взмах руки, который он сделал, отступая назад в лифт, заставил меня застонать, и я вытянула средний палец. Ведь он прекрасно знал, что только что сделал со мной. Мудачина.
ГЛАВА 37
ДЖОН
Ждать целый день, чтобы вернуться и увидеть Трис, было сущей пыткой. Или, как я полагал, так бы оно и было бы, если бы я снова не залез в ее квартиру перед рассветом, чтобы посмотреть, как она спит, как чертов преследователь, которым она меня называла. Я был достаточно мужественным, чтобы признать, что это вошло в привычку, и уже фантазировал о том, каково это - просто проснуться рядом с ней. И чтобы она знала, что я там.
В этот раз я тщательно поискал новые игрушки и не нашел ни одной. Это было неприятно, потому что означало, что моя потребность в краже дерьма не была удовлетворена, и я взял одну из ее кисточек.
Она рисовала перед сном, и мне пришлось проявить сдержанность, чтобы не украсть еще влажную картину ночного неба, над которой она работала. Она бы это заметила.
Поскольку мы не договорились о времени нашего свидания, я без предупреждения заявился в пять часов вечера и лишь улыбнулся ее ворчанию по поводу скидок для пенсионеров.
– Ты так и не сказал мне, сколько тебе лет, - заметила она, когда мы отъехали от ее дома.
Я взглянул на нее, сидящую на пассажирском сиденье. Она была как всегда прекрасна, и глупая наивная часть моего мозга мечтала о том, каким было бы наше совместное будущее.
– Имеет ли это значение? – спросил я. – Ты не кажешься женщиной, которая придает большое значение цифрам.
Она закатила глаза в той восхитительной манере, в которой она так часто это делала рядом со мной. Мне нравилось проникать под ее кожу.
– Мне просто любопытно, но это не имеет значения. Куда ты меня ведешь?
– На ужин, конечно, - раплывчато ответил я, чтобы досадить ей. Я оглянулся и увидел, что она смотрит на меня, что только заставило меня улыбнуться. – Мне тридцать шесть. Почти тридцать семь.
Она выдохнула и покачала головой.
– Черт, кто бы мог подумать, что я буду увлекаться старыми парнями? Как это почти?
Я побарабанил пальцами по рулю, колеблясь с правдой.
– На следующей неделе, - признался я.
Трис издала небольшой звук удивления, но на этом все и закончилось. Впрочем, это не должно было меня шокировать. Скорее всего, она относилась к дням рождения примерно так же, как и я, поскольку у нас было очень похожее детство с дерьмовыми отсутствующими родителями.
Через минуту я заехал на парковку возле небольшого коттеджа и Трис с любопытством посмотрела на вывеску.