— Ну, не знаю… не знаю, — широко зевнув, ответил Пашка. — Наше дело — желание загадать, а там поглядим. Иди за елкой! — уже из своей комнаты крикнул Пашка.
— Ла-адно, — буркнул я себе под нос и пошел на кухню воды выпить. Все горло эта жара высушила. Налил и Пашке стакан, решил ему отнести. Захожу в комнату и слышу цоканье какое-то. Насторожился. Вроде знакомый звук… Ох, это же пишущая машинка-передатчик! Неужели под Новый год график вылетов на следующий год прислать решили? Я подбежал к ней. Читаю, что она уже отпечатала: «Космопорт сообщает, что у вас остались неиспользованные еще шесть рабочих часов. В связи с окончанием года сегодня вам разрешается вылет с шести вечера…».
— Да они издеваются, что ли? — возмутился я вслух и посмотрел на часы — семнадцать тридцать. — Кто в это время-то полетит? Топливо на воздух! Не полечу!
Каретка сдвинулась в начало и машинка начала передачу следующей информации: «Срок вашей лицензии истекает в этом году. Неподчинение…». И тут я понял что они хотят мне сообщить. Пытаясь прервать передачу, схватил рукой каретку — мол, не сообщили, значит, не считается. Каретка вырвалась из моей руки и ударила по пальцу, рассекая его железной заусеницей. Остальное машинка допечатала уже моей кровью. Я замотал палец первой попавшейся тряпкой и взял лист, где красным по белому было написано: «Неподчинение выйти и использовать последние часы автоматически разрывает контракт... Всего наилучшего».
— Всего наилучшего? Они бы еще «целу́ю» приписали, — ну, значит, последние шесть часов этого года придется провести в космосе. Полечу, но только один, пусть Пашка выспится. Ох, и рассердится же он, когда проснется, а елки нет. Может, на обратном пути подхвачу ее, где-то по дороге.
Я вылетел ровно в шесть и стал курсировать вдоль торгового пути, ведущего с планеты Зиккурат. Прошел час-другой, я задремал. И проснувшись только в одиннадцать часов, решил проверить снаряжение. Вряд ли я встречу сегодня хоть один корабль, но оружие должно быть всегда наготове!
— Та-ак, что тут у нас, — сказал я, открывая кофр с энергетическим лассо. — Хорошая вещь — надежная. Последняя модель! Купил с последней прибыли. Пашка, молодец, уговорил, — я посмотрел на батарею, — ну, так и знал — разряжена. Как купили, так и лежит.
Убрав лассо, я достал ящик, в котором лежал штурмовой якорь.
— Абордажная кошка! Это же мое самое первое приспособление. Цепляется намертво, да к тому же и самонаводящееся! Потрясет, конечно, но это того стоит. И, кстати, заряжено. Не на сто процентов, но на один заход хватит. Да и он мне не понадобится.
— Хо-хо-хо! — тихо раздалось вдалеке.
Неужели на мой корабль кто-то пробрался, подумал я? А у меня даже оружия никакого нет… Я встал, и не выпуская из рук штурмовой якорь, пошел на капитанский мостик, внимательно оглядываясь по сторонам.
— Хо-хо-хо! — снова услышал я, но уже громче и намного ближе.
Я глянул в окно и увидел странный космический корабль золотого цвета. На носу у него стояла фигурка какого-то животного в прыжке. То ли это был лев, то ли конь… Прямо, как ягуар на капоте машины или как стилизованная фигурка оленя на Волге… Точно! Это был олень!
— Хо-хо-хо! — прозвучало оглушительно совсем рядом, и корабль промчался мимо меня. И вот тут-то меня словно молнией пробило — сработали годами отработанные до автоматизма умения. Я подскочил и побежал в штурмовой отсек, даже не успев подумать — а надо ли оно мне?! Всего пара движений — и вот кошка уже вылетела из корабля и намертво вцепилась в золотую корму. Как я и предполагал, меня хорошенько тряхнуло, затягивая в энерготуннель за торговым кораблем. А потом произошло то, чего я никак не ожидал. Ударившись об энергобарьер торгового корабля, штурмовой якорь отцепился. Точнее он вырвал кусок корабля, за который держался мертвой хваткой, и вернулся в штурмовой отсек с «добычей».
— Хо-хо-хо! — насмешливо раздалось по космосу — и торговый корабль ушел от меня.
— Он что, еще и насмехается? — возмутился я и глянул на часы. Было ровно двенадцать. Как вообще эту «золотую колесницу» занесло сюда в такой-то час?! — Ну, с Новым годом тебя, Колян! Пора домой.
Я направил корабль к дому, а сам пошел обратно в штурмовой отсек, посмотреть, что там с моим якорем, и что же он там отхватил.
— Может, корабль не просто выкрашен в золотой цвет, может, он из чистого золота? Ну, пусть если и не весь, то хоть какие-нибудь его части. Пара кило золота мне бы не помешала под Новый год.