Следующая зона представляла собой пустое пространство, и её предназначение было трудно определить с первого взгляда, но магнитофон неподалёку наводил на мысль о том, что она представляла собой нечто наподобие танцпола.
В дальнем конце помещения находилось что-то ещё, но с того места, где стоял Рэин, открывался плохой обзор. Тем более, что почти сразу его внимание с комнаты переключилось на людей, которые уже были здесь до их с Эрвентом прихода.
Две девочки сидели за письменным столом, склонившись над листом бумаги, лежавшим между ними. Рядом стояла девушка постарше. Она облокотилась на спинку кресла и лениво бросала дротики в мишень для дартса, которую сняли со стены и водрузили на стопку книг, прислонив к стеллажу. Кажется, пока Рэин и Эрвент не вошли, она не столько была увлечена игрой, сколько разговором с юношей, который в отдалении от всех развалился на диване и которому приходилось значительно повышать голос, чтобы остальные хорошо его слышали. Все четверо показались Рэину не старше него самого, а одна из девочек за столом вообще выглядела лет на двенадцать.
При виде Эрвента все отложили свои занятия и поприветствовали его нестройным хором голосов. Он поздоровался в ответ, а потом перечислил Рэину имена присутствующих. Самую младшую девочку звали Ио́ра, её соседку — Эми́та, девушку, игравшую в дартс, — Пандэлеа́на, а юношу — Ка́ндэл. Но когда Рэин решил, что всех уже представили, Эрвент добавил:
— А это Даа́р.
Только осмотрев помещение внимательнее, Рэин понял, что в одном из кресел-мешков кто-то сидел, отвернувшись от входа и глядя в окно. На звук своего имени Даар никак не отреагировал и даже не повернулся посмотреть на вошедших. Заметив это, Иора поднялась со своего места и слегка поторомошила его за плечо. После этого Даар очнулся то ли ото сна, то ли от оцепенения, поздоровался и, низко опустив голову, так, что большей части его лица не было видно, пересел на диван к Кандэлу. Судя по телосложению, в этой компании он мог быть старше всех.
— Я зашёл на минутку, чтобы представить вам этого молодого человека, — произнёс Эрвент. — Его зовут Рэин, а обо всём остальном он расскажет сам, когда (или если) он будет готов. Ну, вы знаете… А пока могу я рассчитывать на ваше гостеприимство?
В ответ все кивнули.
— Что ж, в таком случае я вас покидаю.
И он в самом деле ушёл, оставив Рэина, который не мог понять, рад ли он тому, что наконец отделался от Эрвента, или растерян, оказавшись в новой компании в совсем неподходящем для этого душевном состоянии.
— Привет, Рэин — Иора первая решила прервать молчание.
Все остальные тем временем стянулись к зоне с телевизором, находившейся ближе всего ко входу. Пандэлеана подсела к юношам на диван. Эмита предпочла кресло-мешок.
— Не переживай, мы не будем мучить тебя расспросами, потому что и так примерно представляем, что произошло. Лучше расскажем о себе, — произнесла Пандэлеана.
— О, можно я первый? — попросил Кандэл.
Девушки посмотрели на него так, будто он сказал что-то бестактное или оскорбительное, но Пандэлеана всё-таки кивнула.
— Я оказался здесь в конце прошлого года, и до сегодняшнего дня был типа новичком. Но теперь новичок ты, поэтому обращайся ко мне по любым вопросам.
В других обстоятельствах Рэин счёл бы смешным тот покровительственный взгляд, которым его наградил Кандэл, выглядевший лет на пять младше.
— Имей в виду, что это место не такое уж плохое, как кажется на первый взгляд. Некоторым поначалу тут тяжело, но, конечно, не мне. Я и не такое видал. Расписание и строгий режим ещё никому не повредили. Некоторые, правда, не могут сразу привыкнуть, но я, конечно, не из таких. К тому же здесь вкусно кормят.
За время своего непродолжительного монолога Кандэл уже успел соскочить с места и обойти диван по кругу. При этом он постоянно то клал руки в карманы джинсов, то опять вынимал их, то запускал пальцы в свои торчащие во все стороны чёрные волосы. Возможно яркий темперамент, а ещё слегка смуглая кожа и чёрные глаза говорили о его южном происхождении.
— Но, конечно, я попусту не болтаю, поэтому перейдём к самому главному.