Так и случилось. Уже в первый день Даар задавал слишком много неудобных вопросов, на которые не получал ответов, а на третий чуть не прикончил Эрвента, догадавшись о его истинной роли во всей ситуации. Красноречие и умение убеждать в этот раз не помогли, жизнь спасла грубая сила — Эрвенту всё-таки удалось вырубить Даара и вколоть ему препарат. После этого он стал совершенно другим человеком: начал стремительно терять память и за несколько дней забыл всю свою предыдущую жизнь, перестал адекватно реагировать на внешние раздражители, утратил способность выражать, а возможно и испытывать, многие эмоции.
Эрвент не хотел, искренне не хотел делать это с Дааром, но другого выбора не оставалось. С остальными он уже не допустил такой ошибки. Вызывать необратимые изменения сознания слишком опасно, поэтому Эрвент переработал препарат таким образом, чтобы он имел эффект, который пропадает, если прекратить систематическое употребление. Существенный результат перестал появляться незамедлительно, но и урон был несопоставимо меньший.
Неудачный опыт с Дааром также научил его, что людей нельзя держать в информационном вакууме, если требуется заручиться их доверием. Поэтому Эрвент предоставлял им правду, в которой они так нуждались, заботливо перемешивая её с удобной ложью. Ответы нужно давать и давать с избытком, отвечать даже на незаданные вопросы, как бы переступая грань дозволенного, и посвящая собеседника в общую тайну. Анкландские террористы и правительство Эквии вступали ключевыми фигурами в этом фарсе, ведь нужно же было сплачиваться вокруг какой-нибудь грозной силы, пусть даже и несуществующей. А крупицы истины под воздействием пищевых добавок всё равно забудутся спустя год или два.
С Рэином это сработало, пожалуй, лучше, чем со всеми остальными. Если рассудить здраво, даже хорошо, что более внушаемый телепат оказался именно в «Востоке», пусть это и стоило побега менее внушаемого. Трудности такого рода временные: девчонка либо умрёт, либо вернётся, но уж точно не принесёт Эрвенту вреда. Гораздо важнее сразу поместить нужного человека в нужное место, и лояльный Рэин был в «Востоке» гораздо полезнее, чем хитрая и дерзкая Иджена.
Эрвент многое ставил на связку Даара и Рэина, которого необходимо как можно скорее научить применять свою способность на людях. С недавних пор стало очевидно, что потребуется кто-то, кто сможет копаться в голове Даара и возвращать его в обычное состояние, потому что сам он рано или поздно будет не в состоянии. Чем больше он тренировался изменять внешность, тем сложнее ему становилось принимать свой истинный облик. Эрвент точно не знал, с чем это связано: с потерей памяти, которая со временем прогрессировала, пусть и гораздо меньшими темпами, или с нарушением каких-либо иных когнитивных функций. Вероятно, от Даара начинало ускользать понимание того, когда он использует способность, а когда нет. В перспективе невозможность вернуться к своему настоящему виду выльется в то, что способность Даара начнёт постепенно вытягивать его жизненные силы. Эвент возлагал большие надежды на то, что это получится предотвратить с помощью Рэина.
В свете недавних событий стало ясно, что правильно распределить по центрам важно не только носителей магических способностей, но и сотрудников. В «Севере» требовалось усилить охрану. Дело осложнялось тем, что невозможно набрать её полностью из идейно заряженных помощников, таких как Обенхорст или Вальдау, готовых положить всю жизнь ради общей цели. Оставалось обходиться тем, что есть. Для начала из «Востока» в «Север» в качестве начальника охраны был переведён Шхро́ер Сцщемчхо́ф, эмигрант из Чшалта с фамилией, которую Эрвент в своё время учился выговаривать четыре дня. Такие верные и тупые псы, как он, полезны. Они легко поддаются манипуляциям, хотя по большей части это и не нужно, ведь им можно вбить в голову всё, что угодно.
Деньги, время, люди — вот самые ценные ресурсы и именно в такой градации. Когда-то у Эрвента не было ничего из этого, а удобные и полезные люди остались в дефиците до сих пор.
Человек не более, чем инструмент, и, как любой инструмент, он раскрывается только в нужных руках. Дикарь никогда не сможет воспользоваться циркулем так, как инженер, и сочтёт эту диковинку крайне неэффективным приспособлением для выкалывания глаз. Некоторые люди в применении не сложнее, чем циркуль — взять того же Шхроера Сцщемчхофа. Но и пользы он не принесёт столько, сколько Эрвент извлечёт из самых совершенных его инструментов, которые, однако, ещё требуют заточки и калибровки.