Рэин неосознанно подался вперёд. Слова Даара внезапно начали представлять для него неподдельный интерес.
— Эрвент говорил мне, что впервые встретился с тобой шесть лет назад. Ты ясно помнишь все эти годы?
— Не совсем, — ответил Даар после короткого раздумья. — Последние три помню отчётливо, ещё три до этого — как в тумане. В этих полустёртых воспоминаниях появляется Эрвент. Только он и никаких других людей. Помню какую-то комнату. Она выглядела странно. По-домашнему, что ли. Здесь такой нет. Я думаю, там меня держали до того, как перевести сюда.
— Как по-твоему, что это было за место? — От волнения шёпот Рэина звучал едва громче его дыхания, но Даар всё равно расслышал слова.
— Не знаю. Уже давно пытаюсь понять.
Прежде, чем снова подать голос, Даар несколько раз вдыхал так, будто собирался что-то сказать, но не решался. Разговор обоим давался непросто. Рэин уже почти привык к отсутствию интонаций в голосе и эмоций на лице Даара, но сейчас, когда в темноте не мог видеть даже позы, которая, оказывается, свидетельствовала о многом, он едва ли понимал, как себя вести.
— Мне кажется, я был дефектным ещё до того, как попасть к Эрвенту, — вымолвил Даар особенно медленно. — Наверное, я не помню своей прошлой жизни из-за какой-то болезни или, возможно, это последствие нападения террористов. Если давать мне столько же препарата, сколько и всем остальным, я просто превращусь в овощ, так что я почти уверен, что мне в еду подмешивают очень маленькую дозировку. Именно поэтому я хорошо помню целых три года, а в памяти Иоры отчётливо сохранился в лучшем случае один.
Рэин молчал. Даар говорил складно, но нельзя же было полагаться на одни только слова.
— Какой был костюм на Эрвенте в тот день, когда я попал сюда? — вдруг спросил он, не надеясь на правильный ответ. Вряд ли даже сам Эрвент мог сказать.
— Тёмно-синий с бежевыми цветами, — после недолгого колебания произнёс Даар.
Рэин покачал головой, зная, что в темноте этого не видно. Он точно помнил: в их первую встречу на Эрвенте был белый костюм и рубашка, которая сначала показалась ему кровавым пятном.
Но в молчании прошла секунда, затем другая, и вдруг Рэин осознал, что целые сутки, если не больше, не покидал своей комнаты, и, следовательно, Даар даже не подозревал о его присутствии. А вот что за костюм надел Эрвент на следующий день, Рэин припоминал с трудом, но кажется, именно синий с цветами.
— Убедил, — сказал он наконец. — Вот только зачем? Зачем ты всё это мне рассказал? Поиздеваться?
— Нет, помочь. Мы можем незаметно меняться едой, чтобы сохранить твой разум.
— А тебе какая от этого польза? Не поверю, что ради меня ты жертвуешь собственным сознанием.
Если бы Рэин не продолжал говорить шёпотом, в этот момент его голос точно бы сорвался.
— Не ради тебя, а ради нас шестерых, — поправил Даар. — Мы все втянуты в чью-то игру, и ради безопасности среди нас кто-то должен быть в своём уме. Кто-то, кто защитит остальных или поможет Эрвенту в его борьбе, если он действительно всего лишь пешка. Я на эту роль подхожу плохо: бо́льшую часть жизни не помню, иногда выпадаю из действительности. Думаю, ты заметил. Не всегда я настолько владею собой, как сейчас. Мысли могут путаться, особенно днём. Прояснения наступают под утро, наверное, когда ослабевает действие препарата.
От слов Даара у Рэина по спине пробежали мурашки. Он не понимал, что пугает его сильнее: перспектива забыть семью и всю предыдущую жизнь или то отчаяние, до которого дошёл Даар, раз готов отречься от своего рассудка.
— Ты справишься лучше, чем я, — добавил он. — Ты быстро учишься, у тебя подходящая способность.
— А почему ты не предложил это Пандэлеане? Она сильнее.
— Слишком поздно я обо всём догадался.
В голосе Даара по-прежнему не слышались эмоции, но по тому, как была построена эта фраза, Рэин догадался: он сожалеет.
— Когда Лена только появилась, я ещё не понял, что происходит. Иора на тот момент прожила здесь совсем недолго. Факты я сопоставил непозволительно поздно: когда с Кандэлом постепенно начало происходить то же, что и с остальными. По-хорошему, договариваться надо было с Леной. Я уверен в ней, но неизвестно, обратимо ли влияние препарата. И вдруг появился ты. Я наблюдал за тобой, прежде чем решиться на этот разговор. Ты похож на Лену: такой же упёртый. Это полезное качество. Я не знаю, как ты проявишь себя в дальнейшем, но мы не можем ждать: совсем скоро препарат начнёт брать верх.