По привычке она всё равно оглядывалась по сторонам в надежде заметить что-то подозрительное, например, наполовину исчезнувшее дерево или птицу, врезавшуюся в пустоту, но лес выглядел обычно и даже безмятежно. Вскоре Иджи оказалась на опушке и через луг вышла к автотрассе. Найти это место не составило труда: она уже много раз видела его глазами белок, убегавших к кромке леса.
Иджи побрела вдоль дороги в сторону Алари. Каждый раз, когда позади раздавался шум автомобиля, она останавливалась у обочины и подавала водителю знак. После того, как уже четвёртая машина проехала мимо, Иджи не выдержала и встала прямо на проезжей части. Очередной автомобиль едва успел затормозить.
На трассу, хлопнув дверью, выскочил разозлённый мужчина и решительным шагом направился к Иджи, но как только он пригляделся к девушке, уверенности у него поубавилось. Маленькая, хрупкая, измождённая, но с пылающим во взгляде огнём решимости. Белки по-прежнему прыгали и на отдалении, и прямо у её ног. Трое сидели на плечах. Даже у человека, незнакомого с силой Иджи, не могло не возникнуть мысли о маленьких прислужниках, готовых наброситься на любого по команде своей повелительницы.
— Ты что, совсем умом тронулась?! — закричал водитель. В его интонации отчётливо прореза́лась паника.
— Отвези меня в Алари, — Иджи сверкнула на него глазами из-под спутавшихся волос, всё ещё сохранявших зеленоватый цвет.
— Я тебе не таксист, — ответил мужчина, развернулся и поспешил к автомобилю, очевидно, жалея, что вообще ввязался в этот разговор.
Несколько белок перескочили ему на спину и угрожающе заскребли маленькими коготками по открытой коже на шее, не царапая по-настоящему, но доставляя несомненный дискомфорт. Ещё одна белка, угрожающе щёлкнув зубами, прыгнула на ручку водительской двери, чтобы помешать мужчине её открыть.
— Отвези меня в Алари, — повторила Иджи ему в спину.
Мужчина обернулся и с нескрываемым страхом посмотрел на неё, как будто прикидывал, что произойдёт в случае отказа.
— Ладно, садись, — сказал он наконец и отворил для Иджи заднюю дверь.
Он задержался взглядом на её сапогах, грязь на которых налипла комьями, и тем не менее ничего не сказал. Но когда шесть белок прыгнули за девушкой в салон, он не выдержал.
— Животным нельзя.
— Они со мной, — ответила Иджи, будто это был неоспоримый аргумент.
Впрочем, может быть, таковым он и являлся, потому что водитель поспешил занять своё место и вдавил газ в пол. Сначала Иджи не собиралась брать белок с собой — они сами увязались следом, но теперь, сидя вместе с ними в машине, она чувствовала себя в большей безопасности. Она знала, что эти маленькие, с виду безобидные пушистики могут доставить немало неудобств, накинувшись всей сворой, кусая и царапая маленькими, но острыми коготочками.
Водитель, мертвецки бледный, высадил Иджи сразу за въездом в Алари. Она не сердилась на него, наоборот, прекрасно понимала, какие чувства тот должен испытывать от подобной встречи. Иджи отпустила белок и направилась к ближайшей станции. Денег хватало только на билет. Ужин откладывался на неопределённый срок.
Ноябрьский Алари был неприветлив, промозгл, но всё равно не так холоден, как родной Тровэг в это же время года. В черте города оказалось даже теплее, чем в лесу. Слякоть под ногами неприятно хлюпала. Лёгкий туман опустился на улицы и словно растворил все краски.
Проходя мимо одной из многих арок, за которыми начинались подворотни, Иджи увидела знакомую картину: одинокий зевака стоял, прислонившись плечом к стене и смотрел на внутренний двор. Он выглядел расслабленным, но впечатление это было обманчивым.
Забыв обо всех предосторожностях, Иджи тихо подкралась к нему со спины. Она хотела окликнуть человека, но тот обернулся сам, услышав поступь крохотных лапок — это крысы со всех сторон потянулись к Иджи. Она не подзывала никого из них, во всяком случае осознанно. Крысы сами нашли её, почувствовали, что она в них нуждается. На первый взгляд, почти ничего не изменилось с тех пор, как Иджи впервые попала в этот район, но на самом деле — очень многое.
— Что тебе? — спросил мужчина, напряжённо глядя на Иджи, но то и дело перебегая глазами на собирающихся вокруг крыс.