— Нет, тогда я просто отстаивала свои убеждения, и слов назад не беру, — ответила Пандэлеана.
— Ты назвала меня идиотом, — напомнил Рэин. — Не слишком-то ты отличалась от Асгель.
Пандэлеана опустила глаза. Кажется, Рэин впервые видел на её лице тень стыда или как минимум смущения.
— Да, пожалуй, именно это слово я бы хотела взять назад, но, к сожалению, оно уже сказано. Мне остаётся только извиниться самой. Прости, Рэин. Я не должна была переходить на личности.
— Всё в порядке.
После этих слов Рэин вгляделся в лицо девушки так внимательно, как, пожалуй, не смотрел никогда. В её голубых глазах сквозило не то отчаяние, не то бессилие, ресницы были устало опущены, тёмные волосы слегка выбились из привычного пучка, но несмотря на это она не выглядела слабой.
Рэин невольно вспомнил, с каким сожалением во время ночной встречи Даар говорил о том, что упустил возможность сохранить Пандэлеане память и ясный разум. Это сожаление было очевидно, даже несмотря на неспособность Даара выражать эмоции обычными способами. Пандэлеана — действительно тот человек, который может защитить не только себя, но и остальных. Она достойнее.
Но все эти рассуждения не имели смысла хотя бы потому, что решение принимал Даар. Он сделал свой выбор и, более того, выбор сделал Рэин, согласившись на обмен едой. Теперь он был обязан стать лучшим вариантом, даже если пока таковым не являлся.
«Но выбор сделан. Выбор сделал я, и отказаться от него уже не в силах», — прозвучали в голове строки Эйона, почему-то прочтённые голосом Иджи.
Продолжение следует...